— Говори как есть.
— Мой господин, позволь остаться в пещере на несколько дней. На всякий случай, если матушка начнет чудить. Теперь я знаю свою силу и смогу ее вразумить.
— Дело только в этом, или есть что-то еще?
— Прости, но я невольно подслушала ваш разговор. Правду ли сказал Азраэль? Неужто я на самом деле смогла бы принять иной облик?
— Ах вот в чем дело. Тебе бы хотелось?
— Такая возможность мне интересна. Одно дело жить среди людей в своей шкуре, а другое — в человечьей. У вас ведь все совсем по другому. Столько всего странного и интересного… я хочу больше узнать о другой жизни, понимаешь?
— Как не понять, — я погладил ее зубастую морду. — Сам только что менял облик, как ни удивительно. Не думаю, что Азраэль соврал. Ему это ни к чему. Оставайся столько, сколько потребуется. Расспроси его как следует. Я бы взглянул, что из этого получится.
— Спасибо…
— У тебя на удивление приятный голос Ольга. Почему раньше не говорила вслух?
— В том не было нужды. Да и зачем, если можно понимать друг друга без слов?
— Твоя правда. Но все же слушать приятнее. Такой контраст с твоей внешностью, аж мурашки по коже.
— Торвик ты смущаешь меня… Разве одной самки дракона тебе мало?
— Гм… Так можно далеко зайти, давай-ка закроем эту тему. Не спорю, проклятье часто дает о себе знать, но есть же разумные рамки! Ты ведь не думаешь, что для меня нет разницы? В конце концов это даже обидно!
— Хорошо Торвик, да будет так, — она оскалила зубы, проявив некое подобие улыбки.
Наконец то я смог остаться один. Ну, убедить друзей в своей версии событий вроде бы удалось. Вопрос, стоит ли рассказывать об инциденте Лорене? Сейчас у нее и так забот хватает. Лучше не говорить. А вдруг эта тварь и вовсе сейчас нажрется и завалится спать лет на двести в дальнем углу пещеры? Этот вариант был бы идеальным.
Глава 13. Сандень
К исходу пятого дня все группы, покинувшие пещеру удачно добрались до мест назначения. Разве что суета в красной крепости после недавних событий вселяла тревогу. Шутка ли, где это видано, чтобы могучая тварь, разрушившая центр города приходила извиняться. Да еще и с дарами. Аят Аттани схватила нервный тик, у нее глаз еще два дня дергался. Да, я предупреждал, но такого поворота событий она точно не ожидала.
Мать драконов возникла внезапно и потребовала ее грозным голосом. Стоило немалых усилий и воли, чтобы выйти один на один. Вывалив к ее ногам тонны три придушенных ящеров, она опустилась на колено, и глядя Аят в глаза попросила прощения и пообещала, что такого не повторится. Получилось не очень искренне. От слова «совсем». Однако, ошейник с вензелем эмиссара империи демонов, отчасти, прояснил причины ее поступка. Провизии в крепости всегда не хватало. А ящеры считались отличной добычей. Так что, дабы не испытывать судьбу, адмирал Аттани, хоть и с оговорками, но приняла извинения.
Выполнив мой приказ, мать драконов внимательно осмотрела вновь отстроенный маяк и снова исчезла. Где ее мотало остаток дня я выяснять не стал, но вернулась до заката, как и было сказано. Я лично встретил ее у входа в пещеру и выделил место под сводом, где она может спать. Утром, едва выйдя из ворот маяка я обнаружил две вещи: небольшой парк со скамьями и фонтаном и… громадную кучу дерьма. Причем смердела она нещадно.
— Твою мать! — вырвалось из груди. — Какого хрена ты делаешь!!?
Кому принадлежал сей нерукотворный обелиск из бурой массы догадаться было не трудно. Мать драконов поднялась на ноги и брезгливо поморщилась.
— Не, ну тут ты сам виноват. Я пыталась выйти наружу, но твой ошейник даже зад туда выставить не дал.
— Орсис!?
— Прости Торвик, но так и было. Я не хотела тебя будить из за такой мелочи…
— Убери это немедленно! — потребовал я.
— Как?
— Руками! — я чуть не блеванул. — Зачерпни вместе с грунтом и выброси наружу. Да подальше!
Сморщив лоб, мать драконов нехотя зачерпнула гальку и вместе со своим творением опасливо вышла наружу. Вернувшись, она раздраженно помыла руки в ручье.
— Ольга Сергеевна можно вас на пару слов?!
Дюваль, решившая полюбопытствовать с безопасного расстояния, выглянула из-за фонтана.