Он взял ложку и, зачерпнув ягоды, положил в рот. Раскусив, невольно зажмурился от удовольствия — кисло-сладкий сок, нежно пробежав по языку и гортани, оставил невероятное послевкусие спелой клубники и наполнил желудок приятным легким теплом. Кравцов ощутил, как неведомая энергия побежала по его органам, и глубоко вдохнул носом, распрямляя плечи.
Открыв глаза, увидел надувшегося Мира.
— И действительно — эффект потрясающий! — сказал Сергей, проглотив мякоть.
Шторм хихикнул, не сдержавшись.
Они вышли из здания, и Сергей сощурился от яркого света. Солнце хоть и заходило, но безоблачное небо, бездонное в своей молочной синеве, будто усиливало яркость. Мир водрузил на нос кокетливые темные очки.
Кравцов же разглядывал город, раскинувшийся невысокими домами слева от здания, из которого они вышли. Ровные улицы убегали вдаль, утопая в зелени.
— Это академ-город, — пояснил Шторм. — В нём живут сотрудники академий, пока трудятся в них.
— А потом? — Кравцов увидел вдалеке парящий над улицей городка аппарат.
— Что потом?
— Когда работу в академии заканчивают.
— Мы не говорим «работа», — недовольно заметил Мир.
— Хорошо. Когда заканчивается их труд в академии...
— Они перебираются туда, где выбрали продолжение своей трудовой деятельности. Все трудовые предприятия имеют жилые комплексы. Это удобно.
— Согласен, — Сергей осматривал стоянку необычных для него автомобилей. Если так можно было назвать аппараты с четырьмя небольшими колесами, немного выступающими из грани чуть приплюснутой пирамиды. Пирамиды стояли на колесах, сверкая затемнённым покрытием без единого намёка на какое-либо соединение. Правда, в основании пирамиды Сергей заметил небольшие сопла.
— Мир, ты всё время упоминаешь академии. А у вас, что, производственных предприятий нет?
— Есть. Хочешь посмотреть?
Кравцов невольно усмехнулся. Странное какое-то будущее... Приволокли опера для расследования, но почему-то предлагают экскурсии.
— Как-нибудь в другой раз, — Сергей развернулся к Шторму, прекратив рассматривать автомобили на парковке. — Не заняться ли нам тем, для чего ты меня сюда пригласил? Медосмотр я прошёл, отобедали, можно и к делу приступить.
— Ты прав, — тут же согласился Мир, энергично кивнув. — Что тебе нужно для начала?
— Мне нужно тихое место, где я бы смог записать твои показания, и вызвать для беседы свидетелей. Это для начала.
Шторм секунду постоял молчаливым изваянием, потом повернулся к стоянке автомобилей.
— Не совсем понимаю, о каких свидетелях ты говоришь, но Академия стратегических разработок забронировала для тебя дом. Это тихое место. Я покажу тебе, поехали.
Он направился к темно-синей «пирамиде», на грани которой что-то было написано, и стоял знак в виде двух пересечённых красных молний. Сергей поспешил за ним.
Пока они подходили, половина пирамиды поднялась, будто фонарь самолёта.
— Прошу, — Шторм показал рукой на чёрное широкое кресло внутри машины. Кресел было два — одно за другим, и Мир показывал на заднее, с толстыми мягкими лямками ремней. Сергей сел в него, а Мир помог ему пристегнуть ремни.
— Ничего себе! — не удержался Кравцов от восклицания. — Мы очень быстро поедем?
— Полетим, — сказал Шторм, садясь на переднее сидение. — Дом достаточно далеко, на окраине города. Извини, но сейчас сезон, и потому все близлежащие к Академии дома заняты сотрудниками.
«Фонарь» медленно опустился, и машина слегка вздрогнула. На «потолке» высветилась панель с различными обозначениями, но Сергей не понимал их. Только видел, как Мир трогает некоторые пальцами, будто набирает что-то на клавиатуре. Машина плавно поднялась в воздух и стала набирать скорость.
— Ух ты! — Сергей сквозь затемнённое покрытие «фонаря» разглядывал замелькавшие внизу домики и людей.
Полёт занял минуты три, не больше, и Мир «посадил» автомобиль на ровный широкий газон около уютного одноэтажного дома. Фасад дома прятался за ветками алычи и барбариса, а на углу дома красовался пираканта — поразительно урожайный кустарник, осыпанный желтыми, оранжевыми и темно-красными ягодами.