Сойдя с коня, Хаубан принялся было ждать, но вдруг увидел перед собой на берегу ту самую старуху. Хотел он поговорить с ней, да Акбузат его остановил.
Потом Хаубан в мгновение ока довез старуху на майдан и отпустил своего коня. Сам же вошел в ту кибитку, где обычно ночевал.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Как Хаубан отомстил Масем-хану
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Рано утром встали люди; женщины подоили коров и проводили скот на пастбище.
Вот поднялось солнце на длину копья — встало над головой, и табун лошадей вернулся домой. Привязав жеребят, подоили кобылиц. А потом весь народ пошел на майдан. И снова Масем-хан повторил свое условие: тому, кто старуху из озера освободит, он отдаст в жены дочь. И снова батыры стояли молча.
Но тут старуха сама вышла и сказала так:
— Хан мой, не заставляй батыров меня спасать. Сам аллах вызволил меня…
Удивились люди, а Айхылу узнала старуху и радостно к ней подбежала.
А хан взмахом руки подозвал палача и тихо повелел, чтоб не слышал народ, отрубить ей голову.
И повел палач старуху за собой. Народ зашумел, начал просить, чтобы старухе дали рассказать о себе, поведать всё, что с ней случилось.
Но хан не разрешил. Тогда Хаубан, одетый бедняком, встал перед ханом и сказал так:
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Масем-хан тогда сказал:
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Услышав эти слова, старуха повиновалась и последовала за палачом. Но Хаубан остановил ее и, подойдя к хану, сказал так:
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Закончив свою речь, Хаубан к народу обратился:
— По тому, как он сам говорил, эта старуха должна быть его матерью. Если вы не поверите моим словам, не дадите сказать слово этой старухе, будете стоять с раскрытыми ртами, а старуха исчезнет навсегда.
Весь народ замер, пораженный.
А Масем-хан, услышав эти слова, стал советоваться со своими биями. Подозвал потом к себе Хаубана и сказал:
— Если не подтвердятся слова твои, велю отрубить тебе голову.
— Я согласен! — ответил Хаубан.
Пока люди толковали между собой, пока рассаживались на коней, Хаубан, отойдя в сторонку, запалил конский волос, призвал Акбузата, надел на себя боевые доспехи и въехал на майдан на своем коне.
— Кто это? Кто это? — зашумели в толпе. — Что это за человек?
А он подъехал к Айхылу и старухе, и те сразу признали в нем егета, который их спас. Они плакали и обнимали ему ноги, вдетые в серебряные стремена, и с громким плачем кричали: «Это он, наш егет!» Сошел с коня Хаубан и обнял старуху. Потом снова сел на коня и, подъехав к хану, сказал ему такие слова: