– Скажем так: не люблю такой стиль. Дом сохранил большую часть оригинальной архитектуры, и мне она не по вкусу. Итак, Холли и Ниса… – Она наклонила голову и вопросительно уставилась на нас. Густо подведенные глаза придавали ей сходство со сфинксом средних лет. – Вы обе работаете дома?
– Я пишу пьесы. Ниса пишет и исполняет песни. Но у нас обеих есть постоянная работа.
– Хорошо иметь постоянный доход. – Голос Эйнсли снова сделался отрывистым. – Послушайте, я уверена, вам известно, что цены на недвижимость подскочили. Даже в Хиллсдейле тяжело подобрать дом. Нет описи, нет…
– Я только что получила грант за написанную мною пьесу. Поэтому мы здесь. Ну, это одна из причин. Еще мы просто хотели на несколько дней вырваться из города. Но я ищу место, где смогу поработать с парой человек – ну… отрепетировать и кое-что отредактировать. Это весьма крупный грант, – прибавила я, раздраженная тем, что она сбросила меня со счетов.
– Гм… – Эйнсли постучала по янтарному кольцу. Оценивающий взгляд сделался еще более пристальным. – Разве для этого не лучше быть в городе?
– Там бешеные цены на аренду.
– И не говорите. – Хитрое выражение на лице Эйнсли уступило место улыбке продавца. – О чем ваша пьеса?
– О ведьмах.
– Ведьмах?
Я извлекла из сумки купленное мною напечатанное по требованию издание «Эдмонтонской ведьмы» – слегка улучшенную версию скрепленной машинописной рукописи, которую я нашла в округе Патнэм. Я подняла его так, чтобы она увидела обложку – викторианскую картину с веселыми обнаженными женщинами на метлах.
– Это малоизвестная пьеса, – объяснила я, – и я использовала ее как своего рода отправную точку. Темы моей пьесы – контроль и принуждение, то, как манипулируют женщинами, особенно женщинами в возрасте, а потом их наказывают за… ну, практически за все.
– Не сказать, что эта тема нова, – заметила Эйнсли.
– Я отвечаю за музыку, – вставила Ниса. – Вы видели «Гадестаун»? Или «Однажды на этом острове»[13]? Мы стремимся к чему-то вроде этого. Главную роль исполняет Аманда Грир.
Я бросила на Нису предупреждающий взгляд – слишком много информации. Но Эйнсли, судя по всему, заинтересовалась.
– Аманда Грир? – переспросила она. – Я думала, она на пенсии. После…
– Нет, она по-прежнему играет. – Я бросила «Эдмонтонскую ведьму» обратно в сумку. – Она прочитала мою пьесу и очень заинтересовалась. Как и многие, – прибавила я.
Ну и пусть говорю так, словно защищаюсь. Внезапно мне отчаянно захотелось, чтобы все случилось именно так, как я себе представила.
– Что ж, – сказала Эйнсли, – похоже, проект интересный. – Она как будто действительно так считала.
– Так и есть, – подтвердила я. – Нельзя ли взглянуть на дом изнутри?
Эйнсли продолжала смотреть на янтарное кольцо.
– Почему бы и нет? – заявила она и опять хлопнула в ладоши. – Секундочку, сейчас разыщу ключи.
Она пошла наверх. Стук каблуков эхом разносился по ступенькам. Ниса повернулась ко мне.
– Видела кольцо? И… – Она провела пальцами вдоль уголков глаз, изображая стрелки. – Макияж! Обожаю ее.
– Тсс. – Я прижала палец к губам Нисы. – Я думала, ты не захочешь переезжать в деревню?
– Это было до того, как я узнала, что нашей хозяйкой будет верховная ведьма.
Эйнсли шумно спустилась обратно, звякая ключами в руке, и направилась к двери.
– Хотите поехать на моей машине?
– Я на своей, – сказала я.
– Я поеду с Эйнсли. – Ниса встала и поспешила вслед за риэлтором. – Встретимся на месте.
Глава четырнадцатая
[13] «Гадестаун» – мюзикл Анаис Митчелл 2006 года, версия мифа об Орфее и Эвридике; «Однажды на этом острове» – мюзикл Линн Аренс и Стивена Флаэрти 1990 года, карибский пересказ «Русалочки».