Когда я впущу тебя: читать начало книги онлайн

Нижняя ступенька оказалась свободной, Би опустилась на грязные серые плитки и приложила голову к прохладным деревянным перилам. Она боролась со сном, изо всех сил стараясь не закрыть глаза, не заснуть и не опозориться, если слюни потекут у нее по подбородку, но веки были таким тяжелыми, что ей приходилось постоянно моргать, чтобы они автоматически не закрылись. Если бы только в помещении на секунду воцарилась тишина, если бы только Би могла подняться на ноги и выйти на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха, она точно почувствовала бы себя лучше, не такой зажатой, и не страдала бы от клаустрофобии. Но независимо от того, какие сигналы ее мозг отправлял ногам, они, казалось, решили игнорировать их, и она оставалась там, где сидела. Ее лицо зудело от большого количества макияжа, который она наложила перед тем, как отправиться на вечеринку с подругами. И где же они? Где Вив и Руби? Она смутно помнила, как Руби чуть раньше схватила ее за руку и что-то громко сказала, пытаясь перекричать музыку, вроде спрашивала, не хочет ли Би пойти с ними. Точно? С ней все будет в порядке?

Значит, они ушли, должны были уйти. Почему она осталась? Потому что ей было весело, она классно проводила время, болтая с каким-то парнем о многочисленных ракурсах, которые позволяют выходить за пределы обычного восприятия в искусстве. Он был похож на одного из этих студентов, от которых она сейчас отчаянно хотела скрыться. Уже не в первый раз после начала учебы в университете ей хотелось, чтобы рядом с ней находились Карен и Элеонора. Они никогда не бросили бы ее. Би помнила вечеринки в их родном городе и то, что Карен оставалась в клубе, даже если сама уже устала, – она должна была убедиться, что с ее подругами все в порядке. «Если мы куда-то идем вместе, то мы остаемся вместе до конца вечера», – Би сейчас видела у себя в сознании Карен, произносящую эти слова. Но она никуда не ходила сегодня вечером вместе с Карен и Элеонорой; она пошла развлекаться с новыми университетскими подругами, а они думали только о себе. И теперь она осталась одна.

– Судя по твоему виду, тебе неплохо было бы съесть кебаб, а затем отправиться в кроватку.

На мгновение Би показалось, что это она сама с собой разговаривает, озвучивая свои желания. Но этот голос был более низким, мужским. Она заставила себя открыть глаза и увидела Кирана, того парня, с которым она разговаривала, когда ушла Руби. Он стоял прямо перед ней. Ей удалось выдавить из себя улыбку, то есть она подумала, что выдавила ее, но ни одна часть ее тела по большому счету не хотела ей подчиняться.

– Ты, должно быть, умеешь читать мысли, – произнесла она заплетающимся языком. Голос ее звучал хрипло и казался чужим. – Предполагаю, что ты не можешь добавить аспирин к этому списку, или все же можешь, джинн из лампы Аладдина?

– Твое желание – приказ для меня, – улыбнулся Киран и протянул ей руку. – Пошли. Я обещал Руби, что доставлю тебя домой в целости и сохранности. Я тебя долго искал. В последний раз, когда я тебя видел, ты вливала в себя один за другим стаканчики «Бешеного пса 20/20» в кухне вместе с Фрейдом.

Би скорчила гримасу, когда образ парня по прозвищу Фрейд промелькнул у нее в голове. Он получил его за то, что любил обсуждать психологию каждый раз, когда находил собеседника. Она вспомнила, как он размахивал бутылкой «20/20» и говорил о теории атрибуции.

– Ой, неудивительно, что я так дерьмово себя чувствую. Карен никогда не давала мне мешать разную выпивку.

– Кто такая эта Карен? Твоя сестра или кто? – спросил Киран, когда Би ухватилась за его руку и позволила поднять себя на ноги. Ее немного покачивало, она чувствовала себя Бэмби, когда шла. Киран крепко ее держал, помогая сохранять вертикальное положение.

– Или кто, – пробормотала Би себе под нос, не желая думать о том, что сказала бы Карен, если бы увидела ее сейчас. – Послушай, можно мы пропустим кебаб? Если честно, я просто хочу рухнуть в кровать.

– Без проблем, – слегка поклонился Киран. – Я весь к вашим услугам.

Би очнулась на холодном полу в ванной. Кажется, у нее изо рта только что вырвался крик, и его послевкусие осталось на губах. Ей не пришлось гадать, что именно она кричала. Кошмаров давно не было, но когда они ее мучили, она всегда просыпалась, хватая ртом воздух и с трудом повторяя одни и те же два слова снова и снова: «Не ходи… не ходи… не ходи».

Глава 16

Элеонора

– Мне казалось, что кошмары тебя больше не мучают, или я ошибаюсь? Я думала, что ты теперь нормально спишь? – Элеонора уселась рядом с подругой и протянула ей стакан апельсинового сока и клей-карандаш. Би одним глотком выпила половину стакана, словно провела последнюю неделю в пустыне, затем взяла одну букву из серебряной фольги.

– Они прекратились. Не было ни одного с тех пор, как ты рассказала мне про несчастный случай. И вот опять – впервые за много лет. Нельзя бояться человека, который, как ты знаешь, до конца жизни прикован к инвалидному креслу. Хотя на этот раз все было не так, как раньше, – я буквально отключилась. У меня такого не случалось с того самого дня. Все дело в том, что я увидела эту книгу у себя на полке в ванной – книгу, которую я сама могла бы написать.

Би стала раскладывать буквы на плакате, который они делали. Заметив, как Элеонора хмурится, она взяла линейку и стала измерять расстояние между ними. «Мне придется все переделывать, черт побери, – подумала Элеонора. – Только этого мне не хватало».

– Я понимаю, что это странно. Ведь странно же? – Элеонора устроилась на мягком коврике рядом с Ноем, перевернула сына на животик и заулыбалась, когда он сразу же попытался поднять головку и стал работать ножками, словно плыл по сухой поверхности. – То есть я хочу сказать: как ты могла сделать заказ и не знать об этом? Ты думаешь, что ее послали тебе по ошибке?

– Я проверила свой личный кабинет. Ну, не сразу, потому что, когда я проснулась, я чувствовала себя ужасно. Было такое ощущение, что я неделю могла бы беспробудно спать, но я даже думать не хотела о том, чтобы снова закрыть глаза, поэтому просто лежала на диване и смотрела в потолок. Вероятно, я снова отключилась, потому что проснулась где-то в два ночи и отправилась в кровать. По крайней мере, мне больше ничего не снилось. На следующий день на работе я проверила личный кабинет на «Амазоне» – я подумала, что лучше сделать это, когда вокруг меня много людей, так меньше шансов, что при виде заказа этой книги там у меня начнется истерика. При людях надо держать себя в руках. Но там ничего не оказалось! Ничего, кроме книги, которую я на самом деле заказывала – той, которую, как я думала, я доставала из упаковки.

– А ты не проверила посылку, когда ее получила? Почему ты тогда не поняла, что книга не та?

– Именно поэтому она и лежала в ванной. – Би сморщилась, когда одна из блестящих букв прилипла к ее пальцам. – Черт побери, надеюсь, у нас есть запасные? В предыдущий вечер я взяла посылку с собой в туалет, разорвала упаковку, но тут услышала, что в гостиной начинается «Игра престолов», и просто сунула ее на полку.

– Значит, просто ошибка: они прислали тебе не ту книгу. – Ной начал капризничать, и Элеонора переложила его на надувной круг до того, как он успел закричать во весь голос. Она до сих пор еще не привыкла к тому, как быстро этот ребенок переключал внимание. Казалось, что Тоби вполне устраивало сидеть на одном месте и играть, но, конечно, он был гораздо старше. Общение с Ноем стало совсем новым опытом. – Тебе следовало мне позвонить. Ты рассказала Фрэн об этом?

Судя по тому, как Би колебалась перед тем, как ответить, было ясно, что она пока ничего не говорила сестре про случившееся – не на этой неделе, а шестнадцать лет назад.

– Я думала, что вы с Фрэн теперь стали ближе?

Би кивнула.

– Мы стали ближе, но ведь это случилось так давно, как вспоминать о подобном? «Знаешь, Фрэн, тут такое дело…» – Она замолчала, не в силах говорить непринужденно о том, что произошло, казалось, целую жизнь назад. И это, по мнению Элеоноры, подтверждало, что на Би сильно повлияло случившееся и она до сих пор полностью не отошла. Би умела легко относиться к любой, даже самой сложной, ситуации. Иногда Элеонору с Карен просто перекашивало от шуток Би на самые чувствительные темы. Но с этим случаем все было по-другому.

Их обеих беспокоило, что Би так и не заявила в полицию о происшествии. Однажды воскресным утром Би просто пришла в дом родителей Элеоноры в таком ужасном состоянии, что Элеонора начала набирать номер Карен еще до того, как Би преодолела весь путь по подъездной дорожке. Карен приехала на первом поезде из Шеффилда, где училась в университете, и тут же стала требовать, чтобы Би шла в полицию, но та отказалась. «Кто мне поверит, если я даже не помню, что именно произошло? Мое слово против его – а все видели, в каком я была состоянии. Меня посчитают пьяной шалавой, которая пытается обвинить парня в изнасиловании. И получится, что пострадала я, а жертва он. Не получит он такого удовольствия».

Элеонора с ней не согласилась, но, по крайней мере, поняла ее. Карен притворилась, что тоже поняла, но они все знали, что в ее мире, где существует только черное и белое, человек, совершивший преступление, должен быть наказан. Не существовало той ужасной серой области, где девушку, единственная вина которой заключалась в том, что она слишком много выпила, разрывает на части и осуждает общественное мнение.

Би словно прочитала мысли Элеоноры, склонилась к ней и стала говорить тише.

– Послушай, ты ведь не расскажешь об этом Карен, правда? У меня сегодня правда нет сил на этот ее психоанализ.