Эйвери обвивается вокруг меня, крепко сжимая. — Я так горжусь тобой, Лили.
— Больше никаких высасывающих душу уроков финансового моделирования или ночных занятий в библиотеке. — Я вырываюсь из ее объятий и натыкаюсь на винный шкаф, спрятанный под кухонным островом. Я хватаю первую попавшуюся бутылку. — Могу я открыть это?
Лука спешит взять вино у меня из рук, на его серьезном лице застыло беспокойство. — Позволь мне сделать это.
— Будь моим гостем.
Я толкаю его руку локтем.
Он выдавливает натянутую улыбку.
Кто мог винить его? Вероятно, это четырехсотдолларовая бутылка вина, которую он случайно выпивает по вторникам.
Эйвери присоединяется к нам на кухне и опирается на стойку. — Хотела бы я иметь для тебя подарок или что-то в этом роде. Ты устроила мне грандиозную вечеринку, когда я закончила Колумбийский университет.
— Я просто счастлива, что ты моя лучшая друг, Эйвери, и что ты была здесь, чтобы поддержать меня.
Я мотаюсь вокруг нее, как нуждающийся ребенок.
Мне ужасно не хватает прикосновений.
Она смеется, и я понимаю, что это лучше, чем любая выпускная прогулка или дурацкая степень по бизнесу. Мы с моей лучшей подругой, ее любящим мужем в Нью-Йорке. Я выпускница колледжа после пяти долгих лет занятий и нерешительности.
Единственное, чего не хватает, так это другого человека, с которым я хочу разделить этот момент больше, чем с кем-либо еще в мире.
Нико.
Эйвери визжит. — Я люблю пьяную Лили. Ты такая милая.
Мои руки обхватывают крошечную шишку на животе моей лучшей подруги. Я направляю свой голос прямо на маленького арахиса, плавающего там. — Малыш, твоя мама моя любимица. Пожалуйста, не порви ее влагалище на куски, когда будешь уходить.
Эйвери шлепает меня, несмотря на приступ хихиканья. — На самом деле я нашла масло, которое помогает предотвратить это.
— Конечно, — говорю я. Лука протягивает мне бокал красного вина и дает Эйвери стакан сельтерской воды. — Спасибо.
Его лицо возвращается к обычному серьезному выражению. — Значит ли это, что ты собираешься подписать документы для судебного разбирательства против твоего профессора?
— Это так красиво, когда ты так выразилась, но да, я подписала документы и просто жду, когда суды назначат дату урегулирования.
— Ты действительно уверена?
Обеспокоенные брови моей лучшей подруги сдвинулись вместе, и это только заставляет меня любить ее еще сильнее.
— Больше нечего терять, верно?
Я поднимаю свой стакан.
— На самом деле мне есть, что вам еще сказать. — Эйвери качает головой, ожидая, что я продолжу. — Я решила перестать прятаться за образ Зои Моны и написать книгу под своим именем.
Ее руки зажимают рот.
— Серьезно? — кричит она, подпрыгивая на своем месте. — Я так рада за тебя, Лили.
Я чувствую уверенность в своем решении. — Я тоже счастлива.
Эйвери берет свой стакан сельтерской воды и чокается с моим бокалом.
— О чем будет твоя новая книга? — спрашивает Лука.