Даже отсюда он выглядел страшно и неприветливо: высокие старые деревья нависали над нами, давили зелёной массой, демонстрируя полнейшее пренебрежение к глупым смертным, решившим отправиться туда, куда не следует. Дорога сужалась, исчезая во тьме. В лесу кто-то ухал, а кто-то завывал. И то, и другое делалось нарочито громко и даже как-то лениво, напоминая издёвку. Ну, в духе: «Что, ссыкунишки, слабо зайти к нам?».
- Мне тут не нравится, - честно призналась Морвин.
- Плохое место, злая сила. Земля об этом не забыла, - согласился Айш-Нор, сидевший на плече девочки, настороженно вытаращив алые буркалы в сторону леса.
- А потому все держимся вместе и не нарываемся, - почему-то глядя на меня, приказал Иоганн. – И ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах вообще ни за что не разделяться! Сущность, обитавшая в данном месте, исчезла, но это не значит, что лесной массив безопасен. Напоминаю всем, кто забыл либо имеет недостаточный уровень знаний: любое заповедное место – есть граница мира материального, накрепко соединённая с имматериумом. С иными планами бытия, существующими по своим собственным законам. И мы не знаем кто или что может выбраться оттуда или просто взглянуть на глупца, осмелившегося играть с огнём. Всё ясно?
Я вспомнил его мрачный рассказ о Лесном Царе и кивнул, сжав пальцы на древке копья.
Ну уж нет, чего-чего, а помирать я не собираюсь!
- Всё ясно, - хором ответили близнецы и даже Ганья кивнула.
Сюин же с Анандой вместо слов достали оружие.
- Вот и хорошо, едем.
***
Внутри лес оказался еще мрачнее и неприветливей, чем казался снаружи. Для начала следовало отметить тот простой факт, что солнечный свет почти не пробивался через намертво переплетённые меж собой ветви могучих деревьев, а потому очень скоро нам пришлось включить магические фонари.
Дальше – дорога. Она портилась с каждым пройденным метром и очень быстро превратилась в обычную лесную тропу, пусть и широкую, так что нам пришлось спешиться, чтобы не поломать копыта лошадей.
Но и это не всё.
Лес как будто отрезал от окружающего мира. Он словно бы жил своей жизнью, дышал древностью и могуществом, а ещё – крайне недовольно наблюдал за пришельцами, прикидывая: прихлопнуть их или подождать пока.
Я спиной ощущал полный злобы взгляд и каждый раз, оборачиваясь, не мог увидеть ничего. Ну не пауки же с комарами так зыркали, в самом деле?
А ещё от леса по-настоящему несло какой-то потусторонней нечеловеческой жутью. Вот честно, знал бы, что так будет, согласился бы идти через мёртвые земли. Зомбари и костяки-переростки как-то роднее что ли? Понятнее.
Проняло даже Ганью, которая, не будучи человеком, по идее, должна была лучше чувствовать всю эту вашу паронормальщину.
- Остро не хватает братьев Винчестеров, - мрачно проворчал я. – И Геральта.
Бросил короткий взгляд на Иоганна и поправился:
- Геральта здорового человека.
Лес пугал, он злился, но он не нападал. А потому мы продвигались вперед, что характерно, в гордом одиночестве. Других идиотов, жаждущих забраться сюда, не нашлось. А потому оставалось лишь идти, озираясь по сторонам и надеясь на лучшее.
- Нам тут на пару суток ходу, - заметила Ананда. – Так что, значит, разок да заночуем, учтите это, ага.
- Угу, - кивнул я. – Шутница, может, повеселишь? А то что-то настроение этот лес портит.
- Мне тоже не до смеха, знаешь, - отозвалась та, извлекая из сумки небольшую коробочку с пилюлями. – Хочешь одну?
Я с сомнением покосился на неё.
- Это что?
- Таблетки от страха. Отрубает его на пару часов гарантированно.
- А на жор потом не пробивает? И глаза красными не становятся?
- Нет, - серьезно ответила чародейка, - а что?