Я громко смеюсь, качая головой, глупая ухмылка появляется на лице. Это Сорен изменил меня.
Джиневра: Ты испортил ее.
Я стираю это сообщение, мои пальцы зависают над клавиатурой, думая, что бы такое ответить.
Джиневра: В жизни есть нечто большее, чем работа.
Это отстой. Я стираю это.
Джиневра: Что я могу сказать? Я скучаю по тебе.
Я смотрю на слова, мой палец зависает над кнопкой отправки. Я стираю.
Джиневра: Увидимся в 3.
Сорен входит в здание, когда я спускаюсь вниз. У меня возникает непреодолимое желание подбежать и обнять его. Он выглядит привлекательно в своем костюме-тройке. Мы встречаемся взглядами, и его рука проскальзывает мне за спину, когда он наклоняется и целует меня.
— Я скучал по тебе.
Я чуть не падаю в обморок от его слов.
— Я тоже, — мои руки сжимаются в кулаки, и я понятия не имею, почему вдруг нервничаю рядом с Сореном. Вот что случается, когда я слишком много думаю. — Это твоя машина в зоне, где парковка запрещена? — за его спиной выстроилась целая вереница машин, — ты получишь штраф.
Он наклоняется, его губы нависают над моим ухом: — Не-а. Никто в здравом уме не стал бы со мной связываться.
Потому что он мафиози. Факт, который я с радостью отказывалась признавать, пока мой брат не швырнул его мне в лицо. Теперь я не могу перестать думать об этом. Я смотрю на него. Он все еще мой Сорен. То, что он мафиози, не отменяет моих чувств. А я думала, что это возможно. Я жду, что по моей коже пробежит холодок, но этого не происходит.
— Куда мы идем? — спрашиваю я, все больше возбуждаясь, и нервозность улетучивается.
— Это секрет, — обычно я ненавижу сюрпризы, но доверяю Сорену. У меня такое чувство, что мне понравятся его сюрпризы.
Он открывает мою дверцу, а затем садится в машину со своей стороны.
— Можно мне подсказку? — спрашиваю я, откидывая зеркало.
Я поправляю красную помаду, замечая черную машину, отъезжающую от обочины одновременно с нами. Мы перестраиваемся, и она делает то же самое.
— Никаких подсказок, — я смотрю на него, и его глаза сияют с такой яркостью, которой я не видела раньше. Его обычно угрюмое лицо выглядит моложе.
Я оглядываюсь в зеркало, и машина оказывается в трех метрах позади нас.
— Сорен, мне кажется, за нами едет машина.
Его глаза перебегают на зеркало: — Та черная?
— Да.
— Они с нами.
— Почему?
— В этой части города у меня всегда есть охрана, — я убираю зеркало обратно.
— Почему?
— Никогда нельзя быть слишком доверчивым к своему окружению.