— Хорошо, я жду…
Елена Вячеславовна Черкасова жила в Москве, где и родилась. С детства она ни в чём себе не отказывала. Единственный ребёнок своих родителей, она окончила школу на золотую медаль. Поступила в медицинский университет имени Н. И. Пирогова. Университет находился на улице Островитянова, дом 1, строение 7. Недалеко от Ленинского проспекта. Закончила Лена его с отличием. К тому времени её родители эмигрировали в Америку. Но Лена не поехала с ними в США, а продолжила работать в аспирантуре в этом же университете. Тема кандидатской диссертации, над которой она работала, называлась «Перспективы применения нанороботов в лечении раковых заболеваний». Её приглашали работать в Институт онкологии ЕМС по улице Щепкина, 35, но она отказалась.
С Леной Дима познакомился случайно. Два года назад, проезжая по набережной Москвы-реки, он услышал крики о помощи. А услышал потому, что боковое окно автомобиля было открыто; ехал он медленно и задумчиво. К помощи взывала подруга Лены Наташа, которая кричала с берега и показывала на барахтающуюся подругу. Дима разделся до трусов, снял очки и просился в реку. Он доплыл до Лены и попытался спасти начинавшую тонуть девушку. Но не тут-то было. Из-за панической атаки, она пыталась взгромоздиться на Диму как можно выше. Поэтому он, чтобы не захлебнуться, врезал ей под дых из последних сил. Откашлявшись, Дима схватил девушку за волосы, повернул её лицом вверх и доплыл с ней до берега. Подруга Наташа кудахтала и суетилась вокруг Димы. Он скомандовал Наташе:
— Держите её за ноги, а то силы покидают меня.
— Хорошо, хорошо, — проговорила она и выполнила просьбу Димы.
Он опустил Лену на покрывало, отодвинув сумочки и одежду девушек на край. Затем перевернул Лену и опёр её животом на своё колено. Вода изо рта не лилась. Тогда он снова перевернул Лену, положил на спину, приподнял её голову вверх и поднёс своё ухо к её рту. Руку Дима положил на её грудь. Он не заметил движения грудной клетки, и не почувствовал дыхания. Дима приложил два пальца на горло Лены. Пульс был! Набрав больше воздуха в лёгкие, он приблизил свой рот ко рту Лены. Не успел он толком припасть к её устам, как девушка обхватила его шею, и начала описывать восьмёрки своим язычком во рту у него. От неожиданности Дима выпрямился, а она заголосила:
— Спаситель мой, тебя сам бог послал! Проси чо хошь. Полцарства и коня нету, но две очаровательные кобылки готовы отблагодарить тебя за спасение.
— Девушка, Вас может в больницу подвезти? — Дима покраснел и смущённо сощурился. Без очков он видел двух прекрасных ангелочков.
— А отвези, прекрасный рыцарь. Только меня Леной зовут, а подругу — Наташей.
— Я Дима. Мой Хундай наверху стоит с включенной аварийкой.
— Придётся тебе, Дима, нести меня. Я слаба пока. Наташка все вещи захватит. Да, подруга?
— Что за вопросы, Ленок? Конечно, захвачу, — отозвалась Наташа, и подмигнула Диме. Она накрыла Лену пляжным халатом и поставила клатч Лены ей на живот.
Взяв Лену на руки, Дима понёс её к машине. Чтобы что-то сказать, он произнёс:
— Что ж вы, девушки, плаваете далеко от берега?
— Это мужчины плавают, а девушки купаются. Потому что мужчины носят плавки, а девушки — купальники.
Дима вспомнил, что у него не плавки, а мокрые трусы. В обычной обстановке он бы покраснел от стыда. Сейчас же он был физически нагружен. Правда это не помешало ему отметить остроумие девицы…
Дубна. 27 июня
От Дубны до Москвы почти 120 километров. Дима быстро оделся, накинул капюшон. Надо отметить, что он со спортом не очень-то дружил. Каким можно представить себе лаборанта-физика? Правильно, типичный ботан в очках с впалой грудью. Чтобы закрыть все участки лица он надел на лицо две медицинские маски. Одну на нос и рот, другую на лоб. Чтобы добиться полной изоляции, намочил полотенце и обмотал всё лицо. Глянул на себя в зеркало, увидел мумию с очками. Глаза были покрасневшими. Пошарив в тумбочке, Дима наткнулся на бинт и сунул его в карман. Хотел ещё позвонить другу, Марату Гайнуллину, но связь в смартфоне уже пропала. Тогда он включил ноутбук и отправил другу электронное письмо: «Вспышка сверху, береги глаза и лёгкие!». Марат окончил Первый Московский государственный медицинский университет имени И. М. Сеченова. А там была военная кафедра. Все студенты мужского пола знали этот прикол: «Вопрос: Что нужно делать на открытой местности во время ядерной атаки при команде 'вспышка сверху»? — Ответ: Надо лечь на спину, закинуть ноги за голову и задницей прикрывать все жизненно важные органы!«. Дима бросил зары (кубики от нардов), выпало 2−1. 'Всё ясно, делишки швах!» — подумал Дима и сунул машинально зары в карман. Так и не позавтракав, не побрившись, не сходив в туалет по-большому, Дима выбежал из квартиры. Лифты, конечно, не работали. Спустившись вниз, он вышел из подъезда.
На улице чуть светало. Обычно июнь в местных краях достаточно прохладный. Но это утро было очень тёплым. Ни малейшего ветерка. А сегодня, 27 июня, как раз День молодёжи. Несколько голубей валялось на газоне. Те, что пытались взлететь, через десяток метров врезались в стену, и снова падали. Глаза у них были белыми. В пяти шагах от Димы кот лакомился голубятиной. Глаза у кота тоже были, как у певца Элджея. Красноглазая собака попыталась с лаем наброситься на кота, но тот резким движением лап отогнал агрессора. Слепой кот действовал не хуже слепых воинов в боевиках… И тут собака закашляла кровью, как человек на последней стадии рака.
Так как Дмитрию некогда было наблюдать за природой, он припустил на автостоянку. Парковка была через дорогу. Машин на дороге не было, и он не стал дожидаться разрешающего сигнала светофора, а перебежал к своей машине. Вдруг к Диме со спины подошёл мужик и схватил за пояс. От неожиданности Дима застыл. По телевизору он иногда смотрел «бои без правил». И решил действовать. Он присел и резко поднялся. Одновременно он двинул локтем назад со всей дури. Захватчик отпустил Диму. Развернувшись, он увидел мужика, стоявшего на ногах покачиваясь. Надо сказать, мужчина был интеллигентной внешности, с галстуком. Что Диму поразило — изо рта и из носа его пузырилась кровь. «Вот это я ухайдакал его!» — подумал Дима. Он не стал выяснять причину нападения, а просто неуклюже оттолкнул мужчину что было сил. Сел в машину и защелкнул дверные замки.
Хёнде Акцент у Димы старенький, ещё с магнитолой. Современная молодёжь редко слушает даже диски, а кассеты и вовсе перешли в разряд анахронизма. Большинство врубает музыку с флешки, или включает радио FM. Редко кто аудиокнигу использует. Тачку он купил с рук. На новую — денег просто не было. С ипотекой на квартиру благо помог Институт. Как-то дружбан Володя Мокроносов решил сотворить Диме добро: покопался в электрике, и сделал так, чтобы часы и магнитола продолжали работать, даже если вытащил ключ из замка зажигания. И с тех пор Дима заметил, что зарядки аккумулятора часто не хватает. Зимой при минус 15 градусов Цельсия мотор не заводится, весной, если на неделю оставишь тачку на улице, происходит саморазряд. Дима уже новый аккумулятор купил, бесполезно. Удружил Вовка, называется! И вот сейчас Дима поворачивает ключ, а в ответ тишина. Вернее, есть какое-то тарахтение каких-то релюшек. Глянул в окно, а там этот мужик поднялся, вытер рукавом окровавленную физиономию и расстегнул ширинку…
«Так, надо успокоиться, Димон!» — сказал он себе и откинулся на спинку. — «Гипноз? Не то. Телекинез? Может пригодиться. Эмпатия⁈ То, что нужно! Ты, машина, и я — мы с тобой одной крови. Бред какой-то. А если так: я насквозь вижу организм авто, иду от аккумулятора к замку зажигания, от него — к стартёру… Чёрт! Там же грёбанное реле не даёт дорогу искре. Стоп! А если искра ушла в землю? Есть же электромагнитный импульс при взрыве атомной бомбы, есть РЭБ в конце концов… Так, во-первых, мой Хундай стоял без движения во время вражеской атаки. Атака была ночью. А во-вторых…», — Дима глянул на дорогу. Там на хорошей скорости Ниссан Кашкай врезался в столб в 20 метрах от Димы. Интеллигентный мужик с окровавленным лицом медленно повернулся в сторону аварии, и застыл покачиваясь. Брюки оставались у него приспущенными. — «Во-вторых, искра у других тачек есть. В-третьих, ведь реле-то от электричества срабатывает! Итак, искра идёт на реле. Контакты реле мы перевязываем суровой нитью… Стоп! А если нет бензина?» — Дима глянул на датчик уровня топлива, он горел красным зловещим цветом. — «Тогда меняю маршрут. Иду от горловины к бензобаку. Уровень топлива низок. РИСУЕМ уровень чуть выше отверстия отходящей к двигателю трубки. Главное, не наглеть. Возвращаюсь к релюшке, суровая нить на месте. Передвигаюсь к стартёру. Он вроде бы в порядке. Бензонасос и прочие „тысячу и одну деталь“ некогда проверять. Вперёд, сзади танки!».
Глава 2
Дима, не открывая глаз, повернул ключ в замке зажигания. Стартёр заработал. Толчки от работы стартёра он ощущал всем телом. Вернее, всем своим естеством. Пять секунд, десять. Ничего. Попробовал снова — эффект тот же. Стоп! Если цилиндры и свечи «закидает», то потом замаешься с запуском двигателя! Он мысленно перебрался к распределителю высокого напряжения, и увидел фантомы электронов, скопившиеся на третьем и четвёртом проводах высокого напряжения. Если сравнить эти провода с артериями, то на третьем была полная закупорка, а четвёртый пропускал только четверть положенного.
— «Нужна реанимация!», — подумал Дима. Стартёр работал уже двадцать секунд. С учётом саморазряда толчки будут всё реже и реже. — «Электроны, вперёд!». Дима мысленно послал на контуженые провода большую часть заряда аккумулятора. Он сделал это с таким ментальным напряжением, как будто держал в руках дефибриллятор! Снова повернул ключ… И, о боги, двигатель нехотя завёлся!
Дубна — наукоград на севере Московской области, крупнейший в России центр по исследованиям в области ядерной физики. Как и Дмитрий, многие жители Дубны работают в ОИЯИ — Объединённом институте ядерных исследований. Возможно, работали…
Увидев в зеркале заднего вида, что мужчина-интеллигент отстал, Дима снова глянул на значок полноты топливного бака. Багровый цвет ничуть не изменился, и напоминал ему о том, что пора заправляться бензином. Кроме того, он почувствовал, что мощность его авто упала, снизилась приемистость движка. По пути на заправку по обочинам и на дороге попадали разбитые или хаотично движущиеся автомобили. С трудом, избегая столкновений с машинами, он подъехал к автозаправке. Картина была ужасная. Во-первых, место, где находились бензоколонки, напоминало кладбище автомобилей. На кладбище скорее было больше порядка, чем здесь. Во-вторых, электричества не было, витрины разбиты, магазин разгромлен, у колонок затор. Не останавливаясь, Дима поехал к Институту. По дороге к Дубненскому мосту он увидел знакомый силуэт. Возле фонарного столба стоял его куратор — профессор Ермолаев. Он безостановочно кашлял. На лице у него были странные очки. То ли мотоциклетные, то ли очки авиатора.