– Сам, что ли? – не понял тот.
– А что в этом такого? – удивился Жарков. – Заказ интересный, а сидеть над бумажками я никогда не любил. Вот и решил немного развеяться… порисовать.
– Ладно, с фирмой всё понятно, там у тебя есть кому вести дела. А как же отель?
– А что отель? Там Виталик, Наташа и Алина. Пусть трудятся на благо семьи, а я буду заниматься тем, что мне нравится.
– Эгоист, – фыркнул Лёва, усаживаясь на шезлонг рядом с другом. – Бедная твоя Аля. И нужен ты ей такой?
– Значит, нужен. – При упоминании любимой супруги на его лице сама собой расцвела загадочная улыбка. – Я без неё бы давно сдох.
Лёва одарил его хмурым взглядом и всё-таки решил добиться ответа:
– Так чего ты здесь забыл? Беседка, насколько я знаю, в другой стороне.
– А тут я Машу жду, – сообщил Артём, от которого не укрылось, как при этом напрягся его друг. Тогда-то он и сложил имеющие данные в один общий вывод: – Так это для Машеньки букетик. Ты, значит, у нас решил в рыцаря поиграть? И не жалко тебе девочку?
– А почему мне должно быть её жалко? – холодно поинтересовался Лёва. – Мы с ней просто проводим время вместе, по обоюдному согласию и к общему удовольствию. А тебе какая разница?
– Просто, хорошая она. Добрая, отзывчивая, да ещё и без родителей выросла. У неё иногда такая боль в глазах отражается, что мне становится не по себе.
– Ты так хорошо её знаешь? – заледеневшим тоном поинтересовался Лев, в котором снова начала просыпаться противная раздражающая ревность.
– Всего пару дней знакомы, но она часто сидит со мной, когда я рисую. Развлекает беседами.
– Тём, не лезь к ней, – прошипел его друг, вмиг поднимаясь на ноги, и выглядел при этом таким грозным, что Жарков не выдержал и рассмеялся.
– Что за бред ты сейчас сморозил? – бросил он Лёве. – Я с ней просто общаюсь. У меня жена есть, если ты вдруг забыл! А вот ты, кажется, перегрелся на солнце. Или тоже решил семьёй обзавестись?
– Пф! – выдал тот и покачал головой. – Маша, конечно, хорошая, но я ещё не сошёл с ума. Вот кого-кого, а её в качестве своей супруги вообще никак не представляю. Другой уровень…
– Да я и не набивалась, – прозвучало за его спиной и, обернувшись, Лёва попросту растерялся.
Нет, Маша выглядела очень довольной и даже весёлой. Казалось, ей совершенно плевать на оброненную им фразу. Но на какую-то долю секунды парень всё же увидел промелькнувшую в её глазах боль. И от этого ему вдруг стало так противно от самого себя, что захотелось выругаться, причём в голос.
Арт посмотрел на него с осуждением и перевёл взгляд на Марию, которая как раз протягивала ему толстый альбом.
– Долго же ты его искала, – заметил он, открывая первую страницу и внимательно разглядывая нарисованный там пейзаж.
– Я давно его нашла, просто меня телефонный звонок отвлёк. Тётя звонила, – ответила Маша, наблюдая за Тёмой. А потом кинула в сторону притихшего Лёвы холодный взгляд и решила пояснить: – У неё завтра день рождения, вот зовёт в гости. Так что завтра пойдём лакомиться вкусными салатиками и тортом.
– Думаю, твоя тётя не будет против, если я приду с тобой, – проговорил Лёва, подходя ближе и обвивая рукой её талию.
И как бы Маше ни хотелось психануть, вырваться и послать его куда подальше, но всё-таки она понимала, что потом обязательно сама же об этом пожалеет. Да и разве стоит обижаться на его слова? Он ведь просто правду сказал, которую никогда не скрывал. Маша для него – очередная подружка. И всё, чем она отличается от его предыдущих пассий – это пресловутые анализы, которые он вынужден был сдать. И нечего ждать от него заверений в вечной любви и предложения руки и сердца. Это слишком глупо.
– И кем я тебя ей представлю? – ехидно поинтересовалась девушка, поворачивая к нему лицо. – Парнем, который хочет трахнуть меня на капоте своей машины? О да, она будет несказанно рада знакомству!
Жарков издал подозрительный смешок, но продолжил упорно разглядывать Машины рисунки. Она сама утверждала, что это всего лишь хобби, и ей не хватает мастерства, но Тёма мог отличить работу талантливого человека от картинок дилетантов. И то, что он видел перед собой, ему определённо нравилось.
Тем временем Лёва не растерялся и, притянув Машу к себе, виновато посмотрел в её глаза.
– Не язви, – сказал он, ласково целуя её в щёку. – Если не хочешь – я не пойду. Только не злись на меня, ладно? – И глаза сделал такие честные-честные, а в них столько раскаяния, что Маша едва смогла сдержать улыбку. – Я тебе подарок принёс, – добавил он, протягивая ей букетик из полевых цветов. А потом улыбнулся и с гордостью добавил: – Ни в одном магазине не смог найти ничего подходящего. Пришлось собирать самому.
– Серьёзно? – она выглядела искренне удивлённой. Но почему-то поверила его словам, и от этого признания на сердце стало гораздо теплее. Тем не менее, она картинно усмехнулась и спросила: – Что, прям сам? Вот этими самыми холёными ручками? И даже испачкаться не побоялся?
Но Лёва даже и не думал огорчаться. Напротив, сильнее прижал её к себе, совершенно забывая, что они здесь не одни, и с видом гордого мученика проговорил.
– Вот видишь, на какие жертвы я иду ради тебя? И каприз с анализами принял, как должное, и цветочки тебе приношу, и к тётке в гости напрашиваюсь, а ты… – и, вздохнув, процитировал: – «Трахнуть на капоте!». Это вообще твоя фантазия, а не моя. О своих я тебе ещё не рассказывал. Но если ты хочешь…