Допивали с видом на море. Леди, задавшая безумное количество уточняющих вопросов, извинилась и сходила к своему походному мешку. Глядя как она раскуривает сигару, Аша спросила:
— Что, совсем плохо?
— Хорошего мало. Будем искать базу краснорубашечных и хвостовых Пришлых. С целью ликвидации. Глор окажет всю возможную помощь. Правда, возможности наши несколько ограничены. И фактор времени поджимает.
— Извини, а можно чуть подробнее? — осторожно спросил Костя.
— Да уж какие секреты? На данный момент именно вы и так больше всех знаете.
— Нащупать, откуда они пришли, удалось? Я, конечно, о чисто местном месте спрашиваю.
— По «чисто местному месту» есть определенные догадки. За ночь сверили донесения местных дозоров и постов. Морская гильдия своих людей опросила. Рыбная по своим каналам прошлась. Никто вышеописанных лодок не видел. Методом исключения вышли на речушку по топонимической кликухе Кроличья. Видимо, лодки с катером спустились по ней. В нижнем течении места безлюдные, сплошь скалистые пустоши. Река довольно узкая, незнаменитая. Возможно, на берегах выше по течению и водится уйма кроликов, но в Глоре свидетелей того изобилия обнаружить не удалось. Брод на Кроличьей знают все, устье тоже знакомо, все что выше — в полной неизвестности. Неинтересная река.
— Если там брод, вряд ли катер мог пройти, — заметил Костя. — Лодки могли перетащить, но катер…
Катрин пыхнула сигарой:
— Весна, снег в горах стаял, вода идет высокая. На бродах проблемы, фургоны течением сносит, жуткая грязища, обозов ходит мало. Могли спуститься наши хвостачи. Один из разъездов стражи видел дым, доложил, что спугнули лагерь разбойников и геройски преследовал. Как оно на самом деле обстояло, сейчас уточняется.
— Брод бы проверить, — намекнул Костя.
— Ночью вышла группа, обследуют брод и округу. В эту сторону расследования предпринимается все что должно. Нам остается только ждать. Ты мне, Аша, иное скажи, тебе понятно кого ищет маньячка-оборотниха?
Аша удивилась:
— Два и два мы еще способны сложить. Отпрыск этой шизанутой Лоуд был с вами на «Квадро», и Ква его укокошил. Полагаю, за дело.
— Не совсем так, — Катрин принялась бережно тушить сигару. — В смысле, что «за дело»
— это уж несомненно. Гадюкой был многоликий покойничек и достал нас не по-детски. Но в мелочах безутешная мамаша заблуждается.
Супруги переглянулись.
— Она не то, что безутешная, там такая шиза в мозгах… — попыталась объяснить Аша.
— Ладно, диагноз уточним позже. Сейчас наши корсары-пулеметчики на первом плане. Даша, у меня к тебе просьба неприятного медицинского характера. Ты ведь Доку ассистировала? Глор нам предоставит толкового лекаря, но ему бы помочь с выполнением задачи. Поддержим человека?
— Если нужно, так я всегда, — с некоторым удивлением заверила Аша. — А ты, собственно, что, можешь и операционной сестрой?
— Операционной сестрой — это вряд ли. Но со вскрытиями и анатомией иногда сталкивалась.
— Ох… — осознала Аша.
Да, далеко не лучший день выдался. Вскрытие проводили в конуре кладбищенского сторожа. Костя с одним из десятником городской стражи и сторожем беседовали на ветерке, а сводная бригада патологоанатомов стояла перед раскупоренной бочкой. Оглушительно воняло рассолом и… нет, лучше не идентифицировать, тошнота и так подкатывала к горлу. Лекарю, молодому и тяготеющему к медицинским исследованиям, тоже было несколько не по себе. Вероятно, не столько предстоящая работа смущала, сколько странная женская компания.
— Собственно, чем дольше мы стоять будем, тем хуже, — пробурчала леди, поправляя фонарь, висящий на низкой балке. — Взялись, что ли?
Анатомы обступили бочку…
Нет, ни в какие ворота это не лезло. В смысле, ворота ни при чем, просто скользкий и разбухший покойник застрял в бочке и вынуть его не удавалось. Потом Леди предложила наклонить бочку, пациента зацепили тряпичным жгутом за голову. Шея все ж не оторвалась…
Бледно-синеватое тело раскинулось на столе, сочилось рассолом.
— Шаровары с него можно было бы и заранее снять, — отряхивая фартук, ворчала Катрин.
— Неприлично же, все же это погребение было, хотя и временное, — простонала Аша, смахивая с собственного фартука волокна солонины.
Мужественный лекарь обтер тряпкой исследовательский материал и спросил.