— {Вон отсюда, псина шелудивая}! Не пали нас!
***
Как же мне надоело пресмыкаться перед ними. Как там говорил этот, как его? А, «Если драка неизбежна — бей первым!». И тут я представил — Диму с правой в нокаут. Кипятку, который кинется его спасать, подножку и пендаля. А эти сами разбегутся. Ну что же, попробуем. Разбег, прыжок, замах правой, удар! Ааааа! Больно! А ему всё равно. И тут он заорал, а затем меня начали бить. Было больно, обидно. И как назло — никто не поможет. А потом — мощный удар, сопровождаемый хрустом. И темнота. А затем я открыл глаза. Да кто это так орёт? Ох, моя голова!
— Вы что творите, идиоты! — верещала какая-то девчонка. — Вы же его сейчас убьёте!
— Ой, да ладно тебе, Миронова, он выживет. Правда, Ярик?
А ты ещё кто такой? Что за уроды вокруг собрались? Шевчук посимпатичнее был. Куда ты руки свои тянешь со своей сальной ухмылкой.
— Отстань!
— О, я же говорил, — заржал этот урод, а за ним и его дружки.
А затем они ушли. Рядом оказалась какая-то девчонка — светлые волосы, стриженые по плечи. Глаза карие, носик маленький, аккуратный, губы пухлые и ярко красные. Как будто накрасила. Одета она была в розовое платье с кружевными рюшами.
— Ярослав, ты как?
Беспокоится. Серьёзно?
— А ты кто?
— О, понятно...
Она встала, поправила огромный белый бант на поясе, а потом сказала, что меня хорошо побили. И поэтому она сопроводит меня до больницы. Мне было плохо, и отказываться от помощи было глупо. После пары минут ходьбы меня осматривала врач.
— Хм, ну сотрясение присутствует, но не критично. Жить будет.
Тем не менее таблетку от головной боли она мне дала. Мне стало полегче. Эта же девчонка решила меня сопроводить до дома.
— Так, завтра оставайся дома.
— А школа?
— Поговори с мамой. Пусть она тебя отмажет на завтра. Отлежишься.
— Спасибо...
— Мария Миронова, — она улыбнулась.
И вот, я — дома. Вот только дом — не мой. Я живу на сороковом этаже в стоэтажном доме. А здесь — она повела меня куда-то вниз. На пять уровней. И... все строения были, почему-то, металлические. Странно, такое ощущение, что это всё — мой родной дом. Вот только я не вижу ничего такого, что доказывало бы, что я — в Москве.
— Давай руку, — она приложила мою ладонь к какой-то панели.
Дверь открылась. На пороге стояла какая-то женщина. Подсознание говорило, что это — моя мама. Но она не была похожа на неё. На ту маму.
— Ярик, опять ты подрался? — всплеснула она руками.
— Мам... — хотел было я ей возразить, но...
— Я тебе сколько раз говорила, что драться — нехорошо! Нужно все конфликты решать словами! Вы же цивилизованные люди, а не как те — ниженцы!
— Светлана Николаевна, — опять заступилась за меня Маша. — Его чуть не убили.
— Потому что надо было договариваться! Ладно, Маш, спасибо тебе! Пойду, займусь этим оболтусом.
А вот повадки моей нынешней «мамы» почти полностью совпадают с повадками моей мамы. Она меня повела в ванную, чтобы умыть. А это ещё что там твориться? Так, похоже, это зал. А там, похоже, лежит мой «отец» на диване с пивом в руке. Ещё раз — да. Так и есть.