Весна. Прекрасная и тихая весна. Для меня она была наполнена хорошей работой, яркой зеленью возрождающегося после зимы мира и бесконечным семейным счастьем. К началу лета живот Олии стал еще больше и нас, в ожидании скорого рождения ребенка, все чаще и чаще охватывала милая домашняя суета, наполненная приятными обсуждениями и теплом наших сердец.
Помню, когда Кирдот сказал что у нас будет сын, мы тогда собрались всей нашей семьей и до глубокой ночи придумывали ему имя, подшучивая друг над другом и попивая травяной отвар. В конечном итоге, мы решили остановиться на одном из вариантов гордо задирающей нос Мирины, предложившей назвать будущего малыша Арсом. Мы не стали огорчать нашу милую болтушку и говорить, что это имя предлагала и Олия, ведь именно так звали ее почившего деда, тоже, в свои годы, работавшего лесорубом. Конечно немного пообсуждали ее идею больше для вида, а потом все же согласились наречь этим именем сына, несказанно радуя милашку-сестренку. Ну а папаня, кажется даже не заметив насмешки в нашей с Олией игре, так ничего и не понял. Лишь довольно покивал на нашу суету и согласился с тем что Арс это очень хорошее имя.
Ну а в последнее десятидневье весны я сильно увлекся плотничеством и по вечерам возился с древесиной, пытаясь сделать удобную скамью, которую хотел поставить возле нашего дома, чтобы сидеть на ней по вечерам с любимой девой моего сердца и смотреть на краснеющий за частоколом деревенской стены закат. Ииии… вышло у меня по итогу на удивление хорошо. Всего-то понадобился один топор, пара бревен, немало теплых вечеров и достаточно прямые руки. По итогу получилась довольно добротная и большая скамья, на спинке которой я даже не поленился сделать простенькую резьбу для красоты и вящего уюта.
Ну а когда я закончил ее шлифовать, а выпрошенная у травников прозрачная краска наконец-то подсохла, мы практически сразу ее опробовали. Да, закат был давно пропущен, но нас это нисколько не смутило. Обнявшись с Олией мы просто сидели вместе и наслаждались моментами нашего огромного семейного счастья. И лишь присоединившаяся к нам непоседливая сестренка, прижавшаяся ухом к животику моей любимой девы сердца, изредка нарушала ночную тишину милыми возгласами «О! Кажется толкнулся! Точно-точно толкается! Еще не родился, а уже дерется» и редкими вопросами.
— Эххх. Скорее бы. Я тоже хочу повозиться с маленьким Арсом. Долго еще ждать?
— Кирдот сказал десятидневий через пять. Так что потерпи еще немного. К середине лета у тебя точно появится еще один маленький братик… и ты наверное сразу забудешь обо мне. Совсем перестанешь любить своего старшего брата — в неизвестно какой уже раз сказал я своей забывчивой сестренки и в конце своей мысли не удержался от маленькой шутки. На что Мирина недовольно надулась и тихо-тихо проворчала.
— Да иди ты… Дурак — от такого милого оскорбления я лишь громко рассмеялся, а затем, дотянувшись, взъерошил девчонке длинные светлые волосы. Она с запозданием попыталась отбиться от моей руки, но когда я убрал ее, лишь еще сильнее надулась, становясь похожей на недовольного пухлощекого сурка.
— Как же я вас всех люблю — обняв меня и сестренку и притянув нас к себе, заявила моя счастливая половинка сердца и притихла, наслаждаясь мгновениями нашего семейного единения и тишины. Увы недолгого. Когда мимо нашей невысокой оградки прошли мужики, таща на своих плечах обтесанное и заостренное с одной стороны бревно, она наконец-то выпустила нас из своих объятий, видимо вспомнив о своей родной деревне и никуда не исчезнувшей угрозе для нашей. Я конечно же почувствовал как ее тело напрягается от навалившейся тревоги и погладив любимую по животу, попытался ее успокоить.
— Не бойся, моя маленькая ласточка. Ты же знаешь что к нам перебрался уже десяток воинов. А Амихаш сказал что ждет еще шестерых. Этого точно должно хватить чтобы отбиться практически от любой стаи тварей. Да и я, в какой-то мере, тоже воин и смогу тебя защитить от этих чудовищ. Ты главное верь в меня. Верь в нас и тогда мы справимся с любой опасностью — постарался успокоить ее я… При этом не говоря о том, что у прибывшей недавно десятки, кажется, опыта боя еще меньше чем у меня. А судя по тому, что они не горят желанием подчиняться Амихашу, с гонором и самоуверенностью у этих пришлых было все более чем хорошо.
— Ты мой воин — прижавшись лицом к плечу, едва слышно прошептала Олия, а после довольно настойчиво попросила, даже не подразумевая отказа — Пообещай что не пойдешь со всеми в бой, если твари все же нападут. Пообещай!
— Ну конечно же не пойду. Я не настолько хороший боец чтобы лезть в беспорядочную свару. Лучше со стены пару топоров кину, а за ворота точно не пойду — вполне искренне пообещал деве своего сердца. А после краткого молчания все же добавил немного горечи к привкусу собственных слов — Но вот если монстры неизведанных земель как-то проберутся в деревню… Извини меня, но я не стану ждать чужой помощи и буду сражаться. Буду стоять на этой улочке и до последнего вздоха защищать наш дом и нашего ребенка и конечно же тебя. Так что… как-то так — мне почему-то казалось, что Олия разозлится, но она наоборот, лишь еще крепче прижалась и, поцеловав в мою лохматую щеку, чуть выше сильно отросшей бороды, прошептала на ухо горячее и полное обещаний «люблю тебя». Мураши буйным стадом пробежались по спине и едва удержал себя от желания сгрести ее в охапку и запечатать ее рот долгим и далеким от пристойности поцелуем. Вместо выплеска своей скопившейся страсти, пришлось ограничиться лишь столь же жарким, ответным «люблю» и простыми объятиями.
— Ну воооот. Я завидую — поканючила сестрица и, не собираясь себя сдерживать, навалилась на нас, стараясь обнять обоих разом. К удивлению, у нее это получилось, после чего мы вновь замерли, стараясь не нарушить этот хрупкий семейный уют ненужными движениями — Как же я вам завиииидуууююю. Тоже так хочуууу.
— Ничего. Еще два лета и тоже пройдешь через «пробуждение». А там может сразу и вручишь свое прекрасное сердце какому-нибудь доброму дурачку, пораженному твоей красотой. Ну а дальше уже будет и счастье и любовь и всякие нежности. И своего маленького конечно родишь. Всему свое время. Осталось только немного потерпеть — погладив сестренку по щеке, заверил я ее, при этом наслаждаясь нашей близостью и не спеша выбираться из этих двойных объятий. Увы, но Мирина была такой же нетерпеливой как и я сам, поэтому, вредничая, легонько прикусила мой палец и опять принялась нудить.
— Это долго. Я хочу уже сейчас. Все кроме маленького. Мне пока и Арса хватит, а потом, глядишь, и может свой уже появится. Хотя с кем? Вокруг мальчишки все дураки и мне ни один не нравится. Никому из них я бы свое сердце точно не доверила. Если только на твоего друга Аюла посмотреть. Он красивый, добрый и… — скорее просто поддевая меня, нежели и правда рассматривая его себе в пару, протянула болтушка-сестрица. Ну а я, подтверждая ее ожидания, поспешил отговорить девчонку от этого варианта.
— Но-но! Кого угодно, но только не его. У этого занудного землекопа ничего кроме милого лица и нету. Тощий, нескладный и совсем несерьезный. И вообще… он тебя не достоин. И если ты решишь привести его к алтарю союза, то я ему пальцы переломаю, но заставлю тебя отпустить.
— Хихихихи — тихо посмеялась над нашей милой шутливой игрой Олия и неожиданно даже для себя возразила мне, толи говоря искренне, толи просто ради интереса вставая на сторону сестренки — Другом себя называешь, хотя сам его, наверное, с самого пробуждения не видел. За это время он явно повысил ловкость и стал явно сильнее и красивее прежнего. Так что… может для Мири он и правда станет хорошей парой. Хотя… за ним и так несколько девчонок бегает и он пока не спешит отдавать кому-то из них свое сердце.
— Нет, нет, нет и еще раз нет! Пока я жив, этот хилый червячок не посмеет подойти к моей милой и прекрасной сестре. И вообще…! Почему ты засматриваешься на каких-то там землекопов, когда у тебя есть такой хороший и бородатый я — с напускной грозностью уточнил у своей половинки сердца и получил легкий тычок кулачком в грудь от, кажется, не понявшей шутки девушки.
— Дурак. Я люблю только тебя. И пусть этот Аюл идет в неизведанные земли. А по поводу твоей бороды… Пока ты спишь, укорочу ее вдвое, чтобы не щекотал мне ею ухо, и не пленял своей красотой других девчонок.
— Оооо. Уже пошли угрозы. А ты у меня очень опасная девица — с усмешкой заметил я и уже намеренно помотал головой, задевая ее лицо своей бородой и заставляя засмеяться от легкой щекотки. У меня было желание продолжить этот абсолютно несерьезный разговор и высказать еще пару шуток, но в нашу идиллию ворвался один неприятный человек, отвлекший нас от общения.
— Эй! Дружная семейка! Прекращайте уже там миловаться и посмотрите наконец-то на меня. Представьте себе, я уже тут довольно долго стою — заявил Амихаш, стоящий навалившись на нашу невысокую оградку и довольно улыбаясь. И было даже не удивительно, что никто из нас троих не был ему рад.
— Может сделаем вид, что не заметили его? И пусть себе идет куда шел — нарочито громко прошептала мне на ухо Олия, а Мирина подержала ее, согласно покивав головой. Но после этого девушки все же расцепили свои объятия и нормально расселись на лавочке, давя на незваного гостя своими недовольными взглядами.
— Нет. Этот, к сожалению, никуда не уйдет — с не наигранной печалью ответил на предложение своей девы сердца и, посмотрев на явно пришедшего не просто так гостя, нехотя уточнил у того — Не мог найти более удачного времени чтобы испортить мне настроение? Говори! Чего хотел-то?
— Не хотелось бы выкапывать тебя из этого прекрасного цветника, но придется. Пришел черед и тебе побывать в отстроенной для воинов казарме и повидаться с новоприбывшими ребятами… Нужно же им показать, что они не самые слабые бойцы в округе и поддержать их боевой дух — толи издеваясь, толи говоря искренне, пояснил этот гад и не давая мне времени подумать над этим, наконец-то озвучил главную причину своего прихода — Старик Тарукан опять созывает всех воинов. И ты, как бы тебе самому не хотелось это признавать, являешься одним из нас. Шесть единиц боевого владения не дадут мне соврать.
— Понятно — не желая длить разговор с этим ненормальным, предельно коротко высказался я и, все же не удержавшись, уточнил у него — Что там опять случилось? Неужели…?
— Ага. Угадал — да же не дослушав, согласился этот помешанный на сражениях и силе безумец и, широко улыбаясь, несколько раз кивнул головой, подтверждая мою нехорошую догадку — Твари появились не только возле нашей деревни, но и в глубине обжитых земель. На одну из телег с нашими беженцами напала большая стая гончих. Погиб один воин и практически все мирные. А еще… Нам сообщили, что более не пришлют ни одного бойца. А кое-кто решил отозвать и тех кто уже приехал в Зеленый вал. Но мы пока никому не говорили об этом. Собственно для этого нас старик и созывает. Будем решать, что делать и как жить дальше. Лично я хочу оставить пришлых наглецов в неведении. У нас и без этой беды осталось слишком мало людей способных уверенно держать в руках оружие, чтобы еще и от этих боевых птенцов отказываться.
Чувствуя дрож в теле любимой, появившуюся сразу после упоминания про стаи гончих, нашел и легонько сжал ее ручку, пытаясь передать ей хотя бы небольшую часть своей (отсутствующей) уверенности. Ну а когда старшина наконец-то закончил вываливать на нас помои отвратительных вестей, я поцеловал Олию в щеку и, шепнув ей короткое «Всегда защищу тебя», все же поднялся со скамьи и направился прямиком в самую сердцевину этих отвратительных вестей.
Как воин деревни «Зеленый вал».
Глава 20
Удивительно, но со своими шестью единицами боевого владения я оказался не самым слабым среди пришлых воинов. Да и по характеристикам самосовершенствования обходил практически всех. И это позволило мне немного загордиться своими небольшими достижениями. Да, до наших ребят, имеющих просто огромный боевой опыт и со стремящимися к четвертому десятку ловкостью с силой, мне конечно было очень далеко, но вот по сравнению с воинами из мирных деревень обжитых земель… меня, наверное, там можно уже было посчитать опытным воякой прошедшим не через одну битву. А через целых две.
Но как бы они не были слабы, отказываться от такой помощи никто не захотел и мы все, вместе с главой города, отдали свои голоса за вариант «Оставить пришлых в неведении о том, что их хотят отозвать обратно». С резко увеличившимся количеством тварей в округе, даже такие никчемные бойцы должны были быстро вырасти в силе. Ну или умереть, став еще одной, не очень прочной стеной, отгораживающей монстров из неизведанных земель от обычных, не имеющих боевого владения, людей. Поэтому, вместо того что бы отпускать их восвояси, Амихаш занял все их свободное время и мысли охотой на небольшие стаи тварей.