– Да, здравствуй. Я хотела бы наложить заклятие на свою лучшую подругу, – прозвучал сухой, язвительный голос. – Несколько месяцев назад она упорхнула на Гавайи, даже не дав мне возможности отговорить ее. Вы ведь колдуете, так ведь? Или, может, примете особый заказ на куклу вуду?
Я закатила глаза.
Джордан Симс, моя лучшая подруга.
– У нас нет колдуний, мэм. Однако только что доставили свежую партию эфирных масел «Язва». Хотя, кажется, у вас они уже есть.
– Ага, хватит на всю жизнь, – подтвердила Джордан со смехом. – Я не хотела мешать тебе работать, но не нашла лучшего способа связаться с тобой. Ты не отвечаешь на мои сообщения.
– Ну прости, – отозвалась я, бросив взгляд на стойку регистрации, и поправила ежедневник, который и так лежал ровно. – Я была занята.
– Да? Как дела?
«Ну что я могу сказать? Мне двадцать два года, и я боюсь темноты».
Даже спустя полгода гнетущий ужас от появления в доме грабителей висел надо мной, не желая отпускать. В попытке вырваться из этого черного облака я сбежала из Сан-Франциско в солнечную Пайю – маленький захолустный городок на северном побережье гавайского острова Мауи, где на пляжах было полно черепах, туристов и курящей дурь молодежи. Самое место для «помешанной на йоге и капусте Богини земли», как любила дразнить меня Джордан.
Я подыскала себе небольшую квартирку над магазином мороженого, из окон которой с одной стороны открывался вид на океан, а с другой можно было любоваться пышной зеленью. Родители предложили оплачивать аренду, пока не встану на ноги, но я отказалась. Восстановление надломленного, расшатанного внутреннего «я» являлось частью лечебной терапии. Я и так слишком зависела от Киану. Мне надо было исцелиться самостоятельно, и Центр рэйки и здоровья на первых порах подходил как нельзя лучше.
– Все отлично, – ответила я Джордан. – Мелани чудесная. Она провела со мной несколько сеансов, найдя время между клиентами. И даже начала обучать меня рэйки. Говорит, у меня настоящий талант.
– Значит, теперь она учит тебя этим штукам? Господи, ты же превратишься в настоящего приверженца культа и к моему следующему приезду будешь щеголять в оранжевой тоге и раздавать буклеты в аэропорту.
– Оранжевый мне отлично подойдет, – выпалила в ответ. – Да и кому не нравится торчать в аэропорту?
– Ха-ха.
С момента моего переезда на остров Джордан безостановочно подшучивала над моей начальницей и ее профессией. Я никогда не спорила и не пыталась защищаться. Как и большинство людей, Джордан не представляла, что такое рэйки, и относилась к японской технике энергетического исцеления как к шарлатанству или «шаманским ритуалам в стиле нью-эйдж». Однако моя начальница, Мелани Померанц, считалась одним из самых востребованных практиков в этой области. Среди ее клиентов числились знаменитости – из тех, кому для представления достаточно лишь одного имени вроде Шер, Опры или Мадонны. Я тоже надеялась однажды пойти по ее стопам.
«Некоторые скептически относятся к рэйки, а другие и вовсе отпускают шуточки, – однажды сказала мне Мелани. – Но эти практики помогают людям облегчить эмоциональную и физическую боль. Остальное не имеет значения».
Я тоже так считала.
– Как Киану? – поинтересовалась Джордан.
– Отлично. С ним все в порядке.
– И как он перенес переезд из Сан-Франциско? Представить не могу, что он в восторге от гавайской жары.
– Ему здесь нравится, и мне тоже.
– Это был мой следующий вопрос. – Голос подруги смягчился. – Как у тебя дела?
– Лучше, – отозвалась я.
– Ночные кошмары?
– Все еще случаются, но не так часто.
– Разве рэйки не должна исцелять?
– На это требуется время, – пояснила я, не желая упоминать, что смогла позволить себе всего несколько сеансов. – И я все еще учусь. Как отдавать, так и получать.
– Мы говорим о рэйки или об оральном сексе? – фыркнула от смеха Джордан.
– Оральный секс здесь ни при чем, – громко возразила я.
В этот момент стеклянные входные двери Центра распахнулись, и внутрь вошел мужчина средних лет в очевидно дорогой одежде, чем-то похожий на Кевина Бэкона.