- Эта страшная информация была извлечена из него после обычного допроса в комиссии судебных пыток...
Теперь экран показывал мрачную камеру пыток, где лежал Ксек, привязанный к железным пикам. Два голема в униформе клали ему на грудь тяжелые плоские камни. Ксек заревел от боли, когда острия шипов пронзили его грудь. Камера приблизилась к искаженному агонией лицу Ксекa; он посмотрел в объектив безумными глазами и выкрикнул:
- Кэсси! Прости меня! Я старался, но просто не мог вынести боли! Пожалуйста, прости меня!
Кэсси была подавлена, увидев эту пытку. Ксек не по своей воле пошел к констеблям, - поняла она. - Они пытали его за информацию... Она сделает все, чтобы прекратить эту пытку.
Но затем на экране големы начали убирать камни, и Ксек застонал от облегчения. Внезапно появилось смутно узнаваемое лицо, узкое лицо с моноклем в одном глазу.
- Кэсси Хейдон, - произнесла фигура резким гнусавым голосом. - Я уполномоченный по пыткам Гиммлер. Я хочу, чтобы вы знали, что за вашу голову назначена высокая награда. Мои констебли охотятся за вами сию же минуту, они на каждом углу, в каждом переулке, на каждой станции метро. Для вас невозможно сбежать из города, поэтому позвольте мне воззвать к вашему здравому смыслу. Как видите, я прекратил все пытки против вашего друга. Если вы сдадитесь, я гарантирую вашу безопасность, а также безопасность ваших сообщников. Вы все будете щедро вознаграждены...
- Не слушай его, Кэсси, - сказала Ви.
Комиссар продолжал:
- Я также приказал прекратить все пытки и в отношении этого человека. Это кто-то, кого, как мне кажется, вы знаетe...
Кэсси ахнула. Оператор перешeл в другую студию – еще одну камеру пыток. В темной каменной комнате на кандалах висела женщина.
Лисса.
Желудок Кэсси сжался. О, Боже, нет...
Сцена вернулась к узкому лицу комиссара.
- Ваша сестра тоже останется в безопасности, если вы будете сотрудничать.
- Не делай этого, Кэсси, - прогремел на заднем плане голос Ксекa. - Не верь ему! Убирайся из города как можно быстрее...
Внезапный удар, и вспышка гнева Ксекa была подавлена.
- Пожалуйста, быстрее подчинитесь, - предложил комиссар. - Я буду ждать вас.
Последняя реплика была адресована Лиссе, чье лицо выглядело испуганным сквозь пряди черных волос. Камера переместилась вниз, чтобы показать то, над чем висела Лисса: чан, полный извивающихся пиявок-бритв.
- Вы, больные ублюдки! - закричала Кэсси в ярости, а затем ее аура вспыхнула ярче, чем когда-либо, и...
- Черт возьми! - взвизгнула Ви.
...телевизор взорвался.
Осколки посыпались на них дождем. Когда облако дыма рассеялось, Кэсси огляделась в тишине.
- Извини, - пискнула она.
- Постарайся держать себя в руках, - сказала Ви, кашляя от дыма.
- Как? Если я не сделаю то, что они говорят, они будут мучить мою сестру целую вечность. И ты видела, что они делали с Ксеком.
Ви и Тиш обменялись еще более подозрительными взглядами.
- Я все еще не слишком уверена в Ксекe, - призналась Ви. - Все это слишком просто. Я все еще думаю, что он в этом замешан.
Эта мысль показалась Кэсси абсурдной.
- Как ты можешь так говорить? Они мучили его, ради Бога! Мы не можем винить его за то, что он рассказал о нас полиции! Он испытывал невероятную боль!
- Я даже не об этом говорю. Они хотят, чтобы ты думала точно так же, как сейчас, что он все еще на нашей стороне. И когда ты откажешься сдаться, на что ты готова поспорить, что мы столкнемся с Ксеком где-нибудь по дороге? И у него будет немного отмазок о том, как он сбежал.