- Мой сын, Тритт, был не слишком сообразительным парнем. Однажды ночью он выпивал со своим другом, Дикки Кодиллом, по всей видимости, повздорил с ним, и в итоге они поубивали друг друга.
Во всяком случае, Джервис был тем ещё недоразвитым мудаком, но Кэсси полагала, что он при этом был обычным деревенским парнем.
- Доброе утро, мисс, - поздоровалась женщина, не поднимая глаз от пыли.
- Здравствуйте, миссис Коннер. Вы не видели моего отца?
Ее метелка из перьев указала на дверь.
- Перед домом, во дворе, куда-то собрался. Правда, не сказал, куда именно.
- Спасибо.
Ах, какая немногословная женщина.
Кэсси вышла через большую, освещенную резную парадную дверь, окаймленную высокими ионическими колоннами. Позднее утро тут же выдохнуло ей в лицо порыв влажного жара. Боже! Здесь жарче, чем в голландской печи! Когда она снова закрыла массивную входную дверь, ее внимание привлек странный молоток на центральной ручке который представлял из себя овал потускневшей бронзы, изображающий угрюмое полу сформированное лицо. С двумя глазами, без рта и каких-либо других черт. Вот уродство! - подумала Кэсси.
За портиком по мощеной дорожке вприпрыжку бежал ее отец.
- Привет, пап!
Он поднял руку в знак приветствия.
- Пока, пап.
Он обернулся, уже обливаясь потом от жары. Нелепая рыбацкая шляпа, казалось, была нахлобучена на его голову.
- Я иду к ручью, - крикнул он в ответ, размахивая складной удочкой.
- Деревенщины, наверно, писают в этот ручей, - пошутила она.
- Нет, судя по тому, что я вижу, они просто писают на улице. Я принеcу с собой кучу сомов, - oн помолчал, почесал в затылке. - Ты же умеешь готовить сома?
- Конечно. Я их приготовлю, но потрошить их будешь ты.
- Без проблем. Это заставит меня снова почувствовать себя адвокатом. Чем собираешься заняться сегодня, милая?
Она нахмурилась, глядя на отца.
- Мне скучно, так что я пойду прогуляюсь в город... в общем, буду скучать.
Он махнул рукой в сторону "Кадиллака".
- Возьми машину.
- Не, я лучше пройдусь.
- Это же десять миль!
- Три мили, папа. Я хочу пройтись пешком. Кроме того, моя хрупкая городская конституция жаждет всего этого застоявшегося, жгучего, кишащего комарами деревенского воздуха.
- Здесь здорово, правда? Лучше, чем в Вашингтоне с его бесконечными зданиями.
Она неодобрительно покосилась на него.
- Что это у тебя в верхнем кармане?
Он виновато прикрыл карман.