Местный аналог беспилотников-камикадзе умел двигаться по сложным траекториям и самостоятельно находить и поражать цели. Опасные устройства, для которых вскрыть своим зарядом броню скафа — не проблема.
— Рассредоточиться! Малой, держи периметр, остальные — сбивайте дроны.
Марту воздушная эквилибристика атакующих БПЛА не помешала. Сменив автомат на пару пистолетов, он, как заведенный, принялся палить по целям.
— Чисто.
— Силен, — не удержался от похвалы Берген.
— Есть немного. Вопрос, что делать с турелью. Давай, я попробую ее с подствольника погасить?
— Думаешь? — не без сомнения спросил Гена, — Хотя после твоих трюков… Давай, мы поддержим огнем, а ты закидывай.
— Принято.
Как только остальные начали стрельбу, Март выглянул и, наведя оружие, действительно попал точно в амбразуру. Турель захлебнулась и затихла.
— Цель поражена, счет восемь ноль.
Главная неприятность ждала их под конец пути. Они таки выскочили на минное поле, глухо ударил разрыв, желтое облачко окутало шедшего замыкающим Азимова, и в этот самый момент из окопов разом с двух сторон поднялись противники. По доспеху застучали пули. Бездушная система начала отсчет: «Попадание, попадание, минус десять процентов брони… Попадание…»
Март, понимая, что отступать некуда, рванул вперед и направо и в три гигантских скачка достиг траншеи. В наушниках продолжало звучать: «Минус тридцать брони…»
Он почти в упор расстрелял двух дроидов и, убедившись, что рядом врагов больше нет, выглянул поверх бруствера и одной очередью добил последнего врага. На этот момент из их команды «в деле» оставались только они с Бергеном. У обоих имелись повреждения скафов, но это не в счет…
— Победа команды «Бродяга». Счет двенадцать два.
Следующие бои проходили не менее напряженно и драматично. Но, так или иначе, им удавалось всякий раз дотягивать до победы. Под конец даже казавшийся сам себе неутомимым Март устал от беготни и постоянного напряжения.
— Ну что, отлично «повоевали». Теперь это дело надо вспрыснуть в «Койоте», как считаете?
— Я за, — поддержал товарищей Март.
— Тогда через полчаса встретимся в кабаке.
— Заметано.
Но планам их не суждено было сбыться. Едва Вахрамеев добрался до шаттла, как получил входящий вызов от Шурави.
— Не помню, как тебя зовут… Марат, Мурад… Март? Точно. Март. У меня просто десять звонков и сообщения потоком биржевые идут. Следишь за курсом? Уже 72 за грамм. Я начал продавать. Теперь готов забрать твою партию.
— Добрый день, Сан Саныч. И что, дальше растет или достигла пика?
— Нет смысла тянуть до края. Самое время фиксировать прибыль. Давай посчитаем, что я тебе буду должен. Напомни, сколько у тебя аструма точно?
— Я не взвешивал, должно быть не меньше 20 пудов. Но это не точно…
— В пуде 16,38 кг. На 72 и минус пятнадцать процентов. Выходит двадцать миллионов сорок девять тысяч сто двадцать рублей. Если все до грамма соответствует. Выдвигайся к хранилищу, будем принимать Груз и сразу получишь свои деньги. К слову, ты знаешь, что Машина-Бомбер за такие операции взимает одну десятую процента от суммы сделки?
— Н-нет, но думаю, это приемлемо. Особенно, если заплатите вы.
— А это наглость с твоей стороны, Мартемьян. Некрасиво.
— Тогда давайте пополам примем этот расход.
— Мог бы и на себя все взять, при таких-то барышах… — проворчал недовольно Шурави, — пусть так. Жду через двадцать минут. — И связь прервалась.
Март посмотрел на погасший монитор и, ощутив легкий прилив адреналинового бодряка от предстоящих событий, хлопнул себя по коленке.