Баканова только набрала воздуха, чтобы обрушить на упрямого кержака новые аргументы, но Март прервал ее.
— Я тебя и твои опасения понимаю. Не переживай. Подождем немного. Может, их кто услышит и все разрешится само собой. А пока попробую воспользоваться ремонтным комплектом для БСК. Не зря же его волок на борт. В полностью рабочем скафе у меня всяко будет больше шансов договориться по-хорошему с кем угодно. Даже с самыми отъявленными головорезами.
— А если они продолжат вызывать помощь и через час-два?
— Вот тогда и решим. Чего сейчас гадать…
Трофейный ганзейский скаф, доставшийся ему на химле, прекрасно себя показал в бою, многократно подтвердив свою полезность. Броня приняла на себя практически весь урон, полученный Мартом, надежно защитив своего владельца от ранений. Зато сама пострадала очень серьезно. Перебравшись в грузовой отсек, Март обложился со всех сторон техникой и занялся делом. Ведь недаром в его дипломе черным по белому значилось — летчик-инженер.
— Ну посмотрим, что тут за хитрые приборы. Обойдемся и без пол-литры.
Желтый ремкит оказался внутри плотно упакован. Кроме практически всех элементов съемной брони, в него входили и другие уязвимые компоненты — псевдомышцы, шарнирные соединения и прочие полезные для такой сложной машины расходники. Но самое главное, там имелся встроенный в верхнюю панель системный блок с прошитой в него программой и компактным испытательным стендом.
Подключив гаджет к БСК, он активировал систему. Пока аппарат деловито шумел, изучая поломки, Март запустил в работу и всех дроидов. Самый крупный из них — большой самоход с манипуляторами, мог почти самостоятельно проводить множество сложных операций; Четыре мелких напоминали многоногую сколопендру с усами-датчиками на «голове» и «хвосте», их задача — диагностика.
И последний, габаритами побольше, но ровно настолько, чтобы легко проникать через разные технологические отверстия и лючки. Чистить и смазывать разные узкие места без необходимости демонтажа оборудования и обшивки.
— Искин, подключайся. Ты можешь всем этим хозяйством управлять? Если есть процессы, которые они сами не смогут осуществить для восстановления полной работоспособности БСК, задействуй меня.
— Центральный вычислитель, энергосеть, батареи и приборы повреждений не получили. Шлем работоспособен. Рекомендуется замена девяти элементов композитной брони, степень их разрушения от сорока до восьмидесяти процентов. Требуется замена плечевого и коленного узлов экзоскелета вместе с приводящими псевдомышцами. Они получили повреждения, их работоспособность ограничена.
— Отлично. За работу!
Машины начали свою быструю и слаженную возню. Марту оставалось лишь с интересом наблюдать за ними, подключаясь время от времени. Очевидно, алгоритм починки дронами оказался заложен конструкторами изначально, поэтому поврежденные бронепластины были заменены без «допиливания» с помощью кувалды и такой-то матери. Так что уже через полчаса скаф блестел как новенький. Никаких черных отметин от пуль и осколков на нем не осталось. Так, несколько ничего не значащих царапин, которые скорее добавляли ему харизмы, наглядно показывая, что доспех вместе со своим хозяином побывал в настоящем деле.
Но это была самая простая часть ремонта. Теперь требовалось заменить никак не желавшие работать шарнирные соединения на левой ноге и правой руке. Поэтому Март с большим дроидом их разобрали и провели дефектовку на стенде. Главное, чтобы нужные запчасти имелись в наличии. К радости Марта, Искин таковые нашел:
— Все необходимые компоненты доступны в номенклатуре ремкита, — у Вахрамеева даже от сердца отлегло. Он небезосновательно опасался, что по извечному закону подлости чего-нибудь да не отыщется.
К счастью, БСК отменно снабдили запчастями. Ну, кроме батарей, вычислителя и самого шлема (бронещиток-визор таки в запасе имелся). Что и логично. В долгом отрыве от базы малейшая поломка могла вывести из строя столь ценный и нужный для обеспечения безопасности огромного корабля аппарат. Конечно, это было недопустимо. Март оценил грамотный, не жадный подход к делу со стороны рахдонитов.
— Соображают, черти… чего уж там… — проворчал он довольно, погладив котенка, который, сидя с умным видом, с интересом наблюдал за всем происходящим.
Когда работы были закончены, Искин подал сигнал об их завершении, дроны расползлись по своим местам, а Март подошел к скафу.
— Все, надо протестировать, — довольно потирая руки, осклабился Март, уже почти привычно раскрывая БСК и забираясь внутрь.
Затем, открыв грузовую рампу, он, прихватив, так, на всякий случай, автомат, выбрался наружу. Кот выскочил следом.
От души побегав, попрыгав и немного постреляв по камням, Март убедился — техника работает идеально, подстроившись под пилота и очень чутко реагируя на мельчайшую моторику.
— Искин, уточни, каков принцип действия у БСК? Как у него так четко получается слушаться меня?
— Вычислитель соединен с периферией, считывающей импульсы нервной системы оператора.
— То есть он даже не на движения мои отвечает, а на команды мозга напрямую?
— Так точно. Также ЦВ обеспечен продвинутой системой прогнозирования и выстраивания оптимального маршрута, работающей в режиме реального времени. Отклик на новые вводные и корректировка не превышает одной милисекунды.
— А могу я, допустим, настроить машину так, чтобы она мгновенно при обнаружении цели сама поражала ее?
— Нет. Все действия совершает оператор. БСК является только дополнительным инструментом. Но ЦВ немедленно отобразит на экране визора появление угрозы и предложит варианты действий.
— Принято. Буду знать… Сигнал о помощи продолжает поступать?
— Непрерывно.
— Значит, мы едем к ним. Где Баканова?