— Нет, сэр. Он приходит туда, может быть, два-три раза в неделю. Он сказал мне, что у него какие-то дела, он пытается кое-что выяснить. Я не знаю, как сказать.
— То есть он сказал вам, что проводит эксперименты?
— Конечно. Вот что он сказал. Он сказал мне это, когда я увидел у него в квартире маленькие бутылочки.
— Ах! — сказал Конрой. — Маленькие бутылочки!
Он снова обвёл взглядом ряд напряжённых, испуганных лиц.
— Тони, — сказал он, — вы знаете кого-нибудь в этом зале, кроме меня?
— Да, сэр, — сказал Марелли, — я знаю мистера Янсена.
— Мистер Янсен здесь?
— Да, сэр.
— Кто из них мистер Янсен?
Уборщик указал на Джеймисона, театрального брокера.
— Это мистер Янсен!
Джеймисон вскочил на ноги, яростно потрясая кулаком.
— Сумасшедший! — закричал он. — Проклятый макаронник! Я никогда тебя раньше не видел! Как я могу быть мистером Янсеном?
Итальянец пожал плечами и отступил назад.
— Сядьте! — рявкнул инспектор Конрой, и Джеймисон рухнул на своё место, бормоча что-то и вытирая пот со лба. — Итак, вы мистер Янсен. Вы были партнёром Уолтона по продаже «маленьких бутылочек с белым порошком»!
Джеймисон снова что-то пробормотал.
— Вы убили Уолтона, а также помогали ему продавать наркотики?
Билетный брокер, дрожа, поднялся на ноги.
— Боже мой, нет! — воскликнул он, в отчаянии размахивая пухлыми руками. — Я не делал этого, инспектор! Я торговал с ним наркотиками и всё такое, но, Боже мой! Я его не убивал!
Инспектор долго смотрел на него.
— Что ж, Джеймисон, — сказал он наконец, — я знаю, что вы этого не делали.
Он повернулся к детективу Уолкеру.
— Арестуйте Джеймисона, — сказал он. — Возьмите такси и отвезите его в управление, и не позволяйте ему ни с кем разговаривать, пока я туда не приеду.
Уокер быстро шагнул вперёд, но как только он потянулся к рукаву Джеймисона, билетный брокер вскочил на ноги и, заливаясь слезами, которые катились по его жирному лицу, бросился к двери. Но патрульный Киган оказался у него на пути и помешал ему, просто выставив ногу, о которую Джеймисон споткнулся. Когда он поднялся на ноги, на нём уже были наручники, а детектив Уокер держал его за воротник пиджака. Его пухлое лицо побагровело от страха и ненависти, и он уставился на Конроя маленькими глазками загнанной в угол свиньи.
— Я не убивал Уолтона! — воскликнул он. — Я не имею к этому никакого отношения! Я могу доказать, что был дома, когда в него стреляли!
— Я не сомневаюсь, что вы сможете доказать, что были где угодно, где захотите, — сказал инспектор. — Вы не обвиняетесь в убийстве Уолтона. Вас обвиняют в продаже наркотиков; я полагаю, вы с Уолтоном возглавляли самую крупную банду наркоторговцев, которая была в этой стране за последние годы. Мы долгое время пытались выяснить, кто вы такие.
— Это всё Уолтон! — воскликнул Джеймисон. — Он сказал мне, что это просто хорошие деньги!
Инспектор Конрой пожал плечами.
— Отвезите его в центр и посадите под замок, Уокер, — сказал он. — Когда он и ещё несколько таких, как он, окажутся в тюрьме, будет меньше больных молодых людей, которые просят белого вещества в маленьких бутылочках — героина.