Море сновидений. О муравьях и динозаврах. Песня кита. Удержать небо: читать начало книги онлайн

– Так точно, генерал, но… мы же не в Америке.

Генерал Кларк чуть не расхохотался, но сдержал себя. Ему очень не хотелось портить вульгарными звуками тихую прелесть этого места.

События, описанные в этой истории, находятся за гранью возможного не из-за ограниченности человеческих способностей, а из-за запрета, установленного фундаментальными закономерностями физики и математики. Однако одна из прелестей научной фантастики заключается в том, что в ней можно изменить законы природы и показать, как Вселенная могла бы функционировать в изменившихся условиях.

Утром[19]

– Мне нужно признаться вам кое в чем важном, – сказал Дин И жене и дочери. – Моя голова почти полностью занята физикой. Для вас обеих мне удалось сохранить лишь маленький уголок. Больно говорить такое, но я ничего не могу с этим поделать.

– Ты уже говорил это, – ответила его жена Фан Линь. – Раз двести.

– Ага! – подхватила их десятилетняя дочь Вэньвэнь. – Может, и не двести, но сто раз точно.

– Но вы ни разу не поняли моих слов по-настоящему, ни ты, ни ты, – сказал Дин И, покачав головой. – Вы совершенно не знаете физику.

– Вот и отлично, – со смехом откликнулась Фан Линь. – Мне достаточно того, что ты не увлечен другой женщиной. А до прочего мне дела нет.

Этот разговор происходил, когда они втроем ехали в маленькой закрытой капсуле, которая со скоростью всего пятьсот километров в час мчалась по стальной трубе диаметром пять метров. Длина трубы составляла почти 30 000 километров, и она опоясывала всю планету по сорок пятой параллели северной широты.

Тележка была самоходной, но сквозь ее прозрачное днище, борта и крышу не было видно ничего похожего на двигатель. А впереди и позади тянулась прямая на вид, словно по струнке вытянутая стальная труба. Тележка летела внутри ее, как пуля в стволе винтовки, хотя у этой винтовки не было ни спускового крючка, ни приклада. Впереди труба остро, как игла, сходилась в какой-то бесконечно далекой неподвижной точке. Если бы не змеившиеся вдоль стенки трубы, скользящие мимо, подобно бурным водным потокам, движение не ощущалось бы вообще. Когда тележка изредка останавливалась, становилось видно, что на стенах через равные промежутки выпирают какие-то обручи, а между ними расположено бесчисленное множество каких-то устройств. На полной скорости все это сливалось в размытую пелену, в которой было совершенно невозможно рассмотреть какие-либо подробности. Дин И пояснил жене и дочери, что эти обручи составляли электрическую обмотку, которая с применением сверхпроводимости создавала сильнейшее магнитное поле, а непрерывно тянувшаяся за бортом тележки тонкая труба представляла собой канал для разгона частиц.

Они ехали внутри самого большого в истории человечества ускорителя элементарных частиц, который опоясывал планету и поэтому получил название «Эйнштейновский экватор». Физики были уверены, что с его помощью осуществят сокровенную мечту всех великих ученых – создадут великую единую теорию Вселенной.

Капсула предназначалась для того, чтобы перевозить технический персонал, занимающийся обслуживанием и ремонтом оборудования ускорителя, но сегодня Дин И воспользовался ею, чтобы устроить своей семье кругосветное путешествие. Он давно уже обещал жене и дочери, но те совершенно не верили, что обещанное когда-нибудь исполнится. В этом путешествии они на протяжении шестидесяти часов не видели ничего, кроме прямой стальной трубы. Но Фан Линь и Вэньвэнь и это устроило – они были счастливы, что семья в кои-то веки проведет вместе сравнительно продолжительное время.

К тому же поездка получилась вовсе не скучной. Время от времени Дин И указывал на стенки трубы и говорил Вэньвэнь:

– Сейчас мы проезжаем Монголию – видишь степи с буйной травой? Смотри, стада овец… Сейчас на юге останется Япония – мы проезжаем мимо самой северной ее оконечности. А на севере солнце освещает заснеженные вершины Кунашира; это уже Россия. Теперь мы находимся глубоко на дне Тихого океана. Здесь так темно, что просто ничего нельзя увидеть. Хотя постой, все же есть несколько бликов темно-красного света. Ах да, теперь хорошо видно, что на дне океана находится вулкан. Вытекающая из него магма остывает так быстро, что едва успевает засветиться багровым заревом – и тут же гаснет, словно огоньки перебегают по большому костру на дне океана. Вэньвэнь, вот так рождаются новые континенты! – И так далее.

Позже они миновали Соединенные Штаты, проскользнули через Атлантический океан и Францию на европейский материк, проехали мимо Италии, оставили на юге Балканы и оказались в России, откуда через Каспийское море попали в Азию, проехали Казахстан и вернулись в Китай. Это был уже заключительный этап путешествия, возвращение к отправной точке Эйнштейновского экватора в пустыне Такла-Макан, во Всемирный центр ядерных исследований, где и находился главный центр управления ускорителем частиц.

Когда Дин И и его семья вышли из здания центра, на улице было темно. Под звездами в тишине раскинулась пустыня, казавшаяся бескрайней. Мир был прост, но в то же время непостижимо сложен.

– Ну, вот, – сказал Дин И жене с дочерью, и в его голосе почему-то звучало волнение. – Мы, три фундаментальные частицы, завершили эксперимент с ускорителем на Эйнштейновском экваторе.

– Папа, а сколько времени требуется настоящим частицам, чтобы так же пролететь по большой трубе, как мы сейчас? – Вэньвэнь повернулась и указала на трубу ускорителя, тянущуюся от центра управления до горизонта на восток и запад.

– Завтра ускоритель впервые заработает с самыми тяжелыми частицами, каждая из которых получит толчок с силой ядерного взрыва, – ответил Дин И. – Они разгонятся почти до скорости света. При такой скорости каждой из запущенных частиц потребуется всего лишь десятая доля секунды, чтобы пройти круг, на который мы потратили более двух суток.

– Только не воображай, что ты выполнил обещание, которое давал нам, – вмешалась его жена Фан Линь. – Это никак нельзя назвать кругосветным путешествием!

– Мама права, – согласилась Вэньвэнь. – Папа, когда у тебя снова появится время, ты должен провезти нас снаружи этой трубы, чтобы мы увидели все, о чем ты рассказывал, когда ехали. Вот это будет настоящее кругосветное путешествие!

– О, в этом нет никакой необходимости, – ответил дочери Дин И, сделал паузу и продолжил с чувством: – Для человека, обладающего воображением, такого путешествия более чем достаточно. Ты ведь на самом деле видела все то, что находилось за стенами трубы – только в воображении! Запомни: истинную красоту видишь не глазами, а только воображением. Это совсем не то, что океаны, или цветы, или леса – у нее нет цвета и формы. Ты можешь мысленно объять всю Вселенную, забавляться с ней, как с игрушкой. Но только с помощью воображения. И математики. Только так можно увидеть эту красоту.

Дин И не поехал домой с женой и дочерью. Проводив их, он вернулся в центр управления. Ночью там оставалось всего несколько дежурных, и сейчас, когда завершились строительство и двухлетняя отладка аппаратуры, в здании и во всей округе стояла полная тишина.

Дин И поднялся на верхний этаж и вышел на крышу. Оттуда он смотрел на трубу ускорителя, которая как будто отмеряла сегмент земного шара, и ему казалось, что звезды – это глаза и все эти глаза пристально разглядывают проложенную по Земле линию.

Немного постояв там, Дин И спустился в свой кабинет, лег на диван и уснул. То, что он увидел, не могло присниться никому, кроме физика.

Он сидел в тележке в начальной точке Эйнштейновского экватора. Вот она тронулась с места, и Дин И почувствовал неимоверную мощность ускорителя. Он несся вдоль 45-й параллели, оборот за оборотом, как шарик в колесе рулетки. Когда он разогнался до околосветовой скорости света, масса его тела резко увеличилась и оно превратилось в твердый кусок металла. Он осознал, что в теле содержится сила, способная создавать миры, и исполнился наслаждением бога-творца. На последнем витке его увлекло на боковую дорогу и унесло в незнакомое место, где была лишь пустота. Он увидел цвет пустоты: ни черный, ни белый, но поистине бесцветный, хотя и не прозрачный. Здесь само пространство и время ожидали сотворения, осуществить которое предстояло ему. Дин И увидел перед собой маленькую черную точку. Она стремительно увеличилась, и он смог разглядеть, что это еще одна капсула, а внутри еще один Дин И. Собственной персоной. Капсулы сблизились и столкнулись со скоростью света, затем исчезли, оставив только безразмерную сингулярность посреди пустоты. Это семя всего сущего взорвалось, превратившись в быстро расширяющийся высокоэнергетический огненный шар. Красный свет постепенно угасал, растекался, превращаясь из пылающей точки в бесконечную Вселенную, энергия охлаждалась в небе, как снег. Сначала возникло тонкое облако туманностей, а затем образовались неподвижные звезды, их скопления, галактики. В этой новой Вселенной Дин И обладал квантованным «я». Он мог за мгновение перепрыгивать с одного конца Вселенной на другой. Вернее, даже не перепрыгивать, а скорее существовать во всех точках Вселенной одновременно. Он был подобен безграничному туману, пропитывающему космос. Внутри тела разгоралась серебряная пустыня неподвижных звезд; он был везде, даже когда его не было нигде. Он знал, что все его существование всего лишь иллюзия вероятности, его дух, имеющий бесконечное количество воплощений, появляющийся в бытие и исчезающий из него, просматривающий всю Вселенную в поисках самого себя, конденсирующегося в плотное тело. Видение появилось уже во время его поисков. Оно воплотилось в образе пары глаз, парящих в космосе за серебряной завесой звездных скоплений. Глаза были наделены красотой и длинными ресницами Фан Линь и живым духом Вэньвэнь. Эти глаза вглядывались в бескрайнюю даль, но так и не смогли уловить квантованное «я» Дин И. Волновая функция дрожала, как ветерок над безмятежным озером, но не могла достичь бытия. И как раз в тот момент, когда Дин И готов был распроститься с надеждой, бесконечная россыпь звезд все же начала сливаться воедино. Закружились и стали разбухать туманности; затем все стихло. Звезды Вселенной образовали единый глаз, глаз шириной в миллиард световых лет, похожий на узор из алмазной пыли, рассыпанной по бархату. Он уставился на Дин И – и в следующий миг волновая функция схлопнулась, как видеозапись фейерверка, прокрученная задом наперед.

Квантованное существование Дин И наконец материализовалось в какой-то крошечной, незначительной точке Вселенной. Он открыл глаза и вернулся к реальности.

Его тряс за плечо главный инженер центра управления, а вокруг стояло еще несколько физиков и инженеров. Все смотрели на него так, будто на диване лежал не Дин И, а какое-то ужасное чудовище.

– Что случилось? Неужели я проспал? – Дин И взглянул в окно и увидел, что, хотя небо и просветлело, солнце еще не взошло.

[19] 朝闻道, 26 сентября 2001 г., перевал Нянцзы.