К далеким берегам (без иллюстраций): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В конце концов Шпанберг должен был признать, что человеческие силы имеют предел. Сорок нарт бросили у устья реки Горбеи, впадающей в Юдому. С ними остались и несколько человек, надеясь дождаться, пока придет помощь. Потом бросили еще двадцать нарт. И только меньшую часть груза удалось дотащить до Юдомского Креста.

Капитан Беринг по пути в Охотск приказал сложить в пустой избушке, стоявшей у Юдомского Креста, сумки с мукой, снятые с павших вьючных лошадей.

Лейтенант Шпанберг и те люди из его команды, которым удалось добрести до Юдомского Креста, смогли немного подкрепить здесь силы.

Но для некоторых, совсем обессилевших спутников Шпанберга эта возможность пришла слишком поздно. Около высокого деревянного креста на берегу Юдомы появилось несколько безыменных могил.

В декабре капитан Беринг послал из Охотска навстречу Шпанбергу служилых с провиантом на нартах, запряженных собаками.

Нарты прибыли к Юдомскому Кресту, когда Шпанберг уже был там. Лейтенант немедленно выехал в Охотск. Выслушав рапорт Шпанберга, Беринг решил послать гардемарина Чаплина с большим отрядом служилых под командой Шпанберга, чтобы подобрать людей, отставших в пути, и привезти брошенные грузы.

Пока доставали собак и оленей у стоявших в окрестностях Охотска тунгусов — ламутов, прошло немало времени.

Только в начале февраля 1727 года Шпанберг и Чаплин выехали из Охотска. После долгого и трудного пути удалось дойти до тех мест, где были оставлены грузы. Многие из команды Шпанберга к тому времени уже сами добрели до Охотска или Юдомского Креста. Нескольких человек Чаплин встретил еще идущими на лыжах в Охотск. Но не раз он и Шпанберг находили на пути тела умерших от истощения или замерзших в дороге.

Шпанберг и Чаплин привезли в Охотск на нартах часть брошенных материалов. Самые тяжелые грузы — пушки и якоря — доставили уже летом, сплавив по рекам.

Так с величайшим трудом и с большими жертвами привезли в Охотск все необходимое для оснащения корабля и запасы провианта для плавания.

Тем временем в Охотске уже строилось небольшое судно. Это была нелегкая работа. В ближайших окрестностях Охотского острога рос только мелкий лес. Большие, крепкие деревья, годные для постройки корабля, приходилось доставлять издалека. Нужно было самим добывать в лесу смолу, чтобы просмолить корпус судна во избежание течи. При этом надо было спешить, чтобы к концу лета отплыть из Охотска. В нюне 1727 года небольшой бот «Фортуна» был спущен на воду.

Море, на берегу которого был выстроен Охотский острог, далеко врезалось в сушу, как огромный залив. На другой его стороне, против Охотска, протянулся длинный и узкий полуостров Камчатка.

Для того чтобы плыть к северу вдоль берега Азии, корабль Беринга должен был выйти из Охотского моря, обогнув Камчатку. Земля эта была в то время очень мало известна, но знали, что ее длина около восьмисот верст.

Недалеко от мыса Лопатки, которым оканчивается полуостров Камчатка, начинается цепь скалистых Курильских островов. В середине пролива, между Лопаткой и ближайшими из этих островов, находились подводные камни.

— Морем идти вокруг Камчатской земли гораздо опасно, — говорили Берингу жители Охотского острога.

В Камчатской земле стояли на большом расстоянии друг от друга три маленьких острога, в которых жили казаки, собиравшие ясак с камчадалов. Раз в год из Охотска отплывало туда небольшое судно, чтобы отвезти казакам разные припасы и товары и взять собранный ими ясак. Но оно никогда не огибало полуостров.

Пристав к берегу Камчатской земли у устья реки Большой, против охотского побережья, люди перебирались на другую сторону полуострова по рекам и по суше. Там, недалеко от устья реки Камчатки, впадающей в Тихий океан, стоял Нижне-Камчатский острог. Около него рос лучший на Камчатской земле лес. В этом лесу было много высокой крепкой лиственницы, которая считалась одной из лучших древесных пород для постройки кораблей.

Капитан Беринг должен был решить, как дойти до Нижне-Камчатска, чтобы оттуда плыть к северу для решения основной задачи экспедиции. Он понимал, что было бы лучше всего идти из Охотска до Нижие-Камчатска морем, обогнув мыс Лопатку. Тогда не пришлось бы тащить грузы на лодках и на собаках через всю Камчатскую землю к берегу Тихого океана и вновь строить там бот. Но плавание по неисследованному проливу с подводными камнями между Лопаткой и скалистым первым Курильским островом могло кончиться крушением корабля. Оно особенно было опасно в конце лета и ранней осенью, когда, по словам людей, побывавших на мысе Лопатке, в тех местах часто бывали штормы и туманы.

Беринг не любил рисковать. Он предпочитал затратить лишнее время и силы, но зато действовать с большей уверенностью в успехе. Капитан решил плыть на Камчатку так, как это делали из года в год казаки: переплыть Охотское море и войти в устье реки Большой, вблизи которого стоял Большерецкий острог, потом пересечь Камчатскую землю по рекам и по суше, чтобы добраться до Нижне-Камчатского острога. Оттуда оставалось пройти всего тридцать верст до Тихого океана.

Летом 1727 года небольшой бот «Фортуна» совершил дважды плавание, перевозя на Камчатку грузы экспедиции и ее команду. Затем начался трудный переезд через Камчатскую землю, почти такой же длинный, как путь из Якутска в Охотск.

В то время на всей Камчатке жило только полтораста казаков. Коренными обитателями полуострова были ительмены, или камчадалы, как их называли в то время. Камчадалы были рыболовы и охотники, так же как и другие сибирские народы, жившие отдельными родами и не имевшие общей власти. Они носили одежду из шкур, выдалбливали из деревьев лодки каменными топорами и варили пищу, нагревая раскаленными камнями воду в деревянной посуде.

Камчадалы должны были не только платить ясак, но и выполнять другие повинности. Они обязаны были перевозить людей и грузы от одного острога до другого. Лошадей на Камчатке не было.

«А российские люди, которые живут на Камчатке, и тамошние народы не имеют скота, кроме собак, на которых ездят и возят, что понадобится, и одежду от них получают», писал впоследствии Беринг.

Зимой ездили на нартах, запряженных собаками, а летом плавали по рекам в узеньких лодках — батах. В бат нельзя было положить больше пяти пудов. Примерно такой же груз везла зимой на нартах одна собачья упряжка. И для того, чтобы перевезти грузы экспедиции Беринга с одного берега полуострова на другой, пришлось разослать казаков в разные места Камчатской земли, приказав собрать несколько сот камчадалов.

Летом и осенью начали перевозить по рекам грузы экспедиции. Зимой перевозка грузов продолжалась на нартах. В январе выехал из Большерецка в Нижне-Камчатский острог и капитан Беринг.

«Каждый вечер в пути для ночи выгребали себе станы из снега, а сверху покрывали, понеже[9] великие живут метелицы, которые по-тамошнему называют пурги. И ежели застанет метелица на чистом месте, а стану себе сделать не успеют, то заносит людей снегом, от чего и умирают», вспоминал потом Беринг этот путь.

В марте Беринг добрался до Нижне-Камчатского острога. Здесь уже жил лейтенант Шпанберг, посланный вперед с большей частью команды. На берегу реки Камчатки уже лежали толстые бревна лиственницы и другие материалы, приготовленные для постройки корабля.

Через несколько дней после приезда капитана заложили новый бот — «Святой Гавриил».

Прошло больше трех лет с тех пор, как из Петербурга вышел обоз экспедиции капитана Беринга. Наступил июль 1728 года. Только что построенный бот «Святой Гавриил» стоял у берега реки Камчатки, около Нижне-Камчатского острога. По сходням, переброшенным с судна на мостки, служившие пристанью, таскали с берега кожаные сумы с ржаными сухарями, мешки с мукой, крупой и горохом, вкатывали бочки с соленой рыбой и топленым рыбьим жиром, заменявшим масло.

Небольшое судно с трудом вместило годовой запас провизии для команды в сорок человек.

[9] Понеже — потому что.