Проливал винишко рот.
Слыл растратчиком сестерций,
Портил девок по углам.
Он папаше был по сердцу,
Шел по папиным стопам!
Младший - чадо инквизиций,
Прозванный слугой Христа,
Не желал хранить традиций
И не слушался отца.
Он сбежал за музой-жрицей,
Он оставил монастырь.
Из него не вышел рыцарь,
И забыт давно псалтырь.
Сочиняет небылицы
И поет в харчевне вам.
Знал маркиз, что сын - тупица,
И всему семейству срам.
У маркиза из провинций,
Жизнь, мессиры, непроста.
Старший сын, тот был патриций.
Младший - тот слуга Христа.
Разлив из бочонка вино по кружкам, брат Паулюс крикнул девчонке, прислуживающей в харчевне «Три кабана», чтобы принесла еще, и, откинувшись к стене, камни которой холодили и слегка отрезвляли голову, похохатывая, слушал развеселую песенку Скриба - своего давнего друга.
Познакомились они еще в монастыре, где Скриб прожил совсем недолго, что, однако, не помешало им сдружиться. Не помешало их дружбе и то, что один был отпрыском благородной семьи, а другой - безродным подкидышем. Юноши беззаботно проводили время и в проказах, и в освоении наук, которые им вдалбливали святые братья. Особенно брат Ансельм, возлагающий большие надежды на обоих. Впрочем, в Серже ему пришлось очень скоро разочароваться, когда однажды утром он обнаружил, что тот сбежал. Долго потом настоятель выпытывал у Паулюса, куда делся его друг. Но будущий брат успешно отмалчивался. Сам Паулюс думал, что не доведется им больше свидеться после того вечера, когда Серж пришел к нему сказать, что покидает стены славной обители Вайссенкройц, и попрощаться. И какова же была его радость, когда однажды, спустя несколько лет, повстречал Скриба в харчевне, куда и сам нередко захаживал, прибыв в Фенеллу по приглашению короля Александра.
С тех пор уж который год они встречались в «Трех кабанах» пропустить по кружке славного трезмонского вина. Паулюс посвящал Скриба в мечты о собственном вине, трубадур пел монаху свои новые сочинения, а после они дружно отправлялись на поиски иных, не менее приятных развлечений.
Меж тем, убрав в сторону свой дульцмер, Серж подошел к брату Паулюсу и весело подмигнул.
- Видишь, друг мой Паулюс! Пишется всякая ерунда, а то, что надобно, мне музы не приносят.
- Отчего ж ерунда? Знатная песенка, - рассмеялся Паулюс, придвинув к Сержу кружку, и подмигнул. - А ты, никак, поздравительную канцону сложить не можешь, друг мой Скриб?
Трубадур вздохнул и сделал глоток вина.
- Который день уж бьюсь над ней, а все никак! И вздумалось же Его Светлости жениться. В его-то возрасте пора о Боге думать!
- Прежде наследниками стоит озаботиться. Вот пару-тройку сыновей заведет, можно будет и к праотцам отправиться.