Всё началось с грифона: читать начало книги онлайн

Я остановилась возле нее, и в тот момент мне показалось, что дверь эта олицетворяла все, чем был мой отец. Закрытая и безмолвная, она была полна мрачных и, вероятно, неприятных секретов, которых мне до сих пор удавалось избегать.

С одной стороны, мне хотелось, чтобы она оставалась закрытой до скончания времен, а с другой – я мечтала вышибить ее ногой.

У меня звенело в ушах, а сердце бешено колотилось, ноги чесались от желания пошевелиться. Мне казалось, что все мое тело вибрирует от электрических разрядов, от вопросов, от голода. В одной руке у меня был рюкзак, в другой – билет на самолет. Что я творила?

Следующие несколько часов, начиная с поездки в аэропорт, казалось, не имели ничего общего с реальностью.

Сначала я тихо и ошеломленно сидела в последнем ряду автобуса, не веря, что вообще зашла так далеко, а потом авиакомпания приняла тот листок бумаги, который я им вручила, словно это и в самом деле был билет, да еще и в первый класс. Я чувствовала, что все глубже и глубже погружаюсь в какой-то неспешный лихорадочный сон, но затем и вправду очутилась в самолете, двери закрылись, и мир, который, как мне казалось, я знала, исчез за стеклом иллюминатора.

Я понятия не имела, куда направляюсь и чего от меня будут ожидать по прибытии. Я совсем не знала, как готовиться, да и поможет ли мне вообще подготовка. Вспоминая разговор с незнакомкой, я думала, что стоило задать ей больше вопросов или, может, повторять одни и те же до тех пор, пока не добилась бы ответа. Грифон? Она и правда так сказала? Может, я неправильно расслышала? И вообще, почему именно я? Какая от меня польза кому бы то ни было, а уж тем более грифону?

Впрочем, несравнимо больше вопросов мне хотелось задать отцу. Они звенели у меня в ушах, в голове и в сердце – каждый день, каждый миг. Вопросы злили меня, и злость эта забирала все силы. Если бы я хотя бы не попробовала бы найти ответы, этот гул, а вместе с ним и злость, вероятно, не оставили бы меня до конца моих дней.

Где-то над Гудзоновым заливом усталость взяла верх над гневом и ощущением нереальности происходящего, и я заснула. Мне приснилась история, которую мой отец рассказал мне, когда я был совсем маленькой.

Глава 3. Перо ширдала

В бескрайних степях древней Скифии, в то время года, когда увядает трава, а на равнинах воет ветер, юный кочевник обнаружил странное, не вызывающее ничего, кроме сострадания, животное, свернувшееся калачиком под выступом скал.

Существо было небольшим и не походило ни на что виденное юношей раньше. У него было кошачье тело с темной шерстью, а клюв, когти и крылья – как у хищной птицы. Существо было слабо и дрожало от холода, сквозь шерсть просвечивали ребра. Не найди его юноша, оно бы наверняка погибло. Молодой человек взял существо на руки, завернул в одеяло и отнес его в становище, поближе к огню костров.

Он происходил из бедного кочевого племени, которое держало небольшое стадо овец. Из их шерсти они ткали ковры, которые потом везли на юг, чтобы продать большим торговым караванам. Племя жило, предоставленное власти волков и погоды, а те милосердием не отличались никогда. Жизнь кочевников была тяжела, они никогда не знали изобилия. Племя не могло позволить себе еще один голодный рот, поэтому, когда юноша принес существо к теплу очага, старейшины сказали, что ему придется позволить зверю умереть.

Однако юноша не захотел слушать. Он отдал существу свою еду и постелил ему в шатре своей семьи.

В ту ночь животное, наконец-то сытое, спало на теплом шерстяном ковре. На следующий день старейшины вновь приказали юноше избавиться от существа, и вновь он отдал ему свою долю еды и постелил ему на ковре своего шатра.

На третий день зверь достаточно окреп, чтобы расправить крылья и взлететь. Юноша, ослабевший от голода, не смог помешать ему подняться в небо, и тот исчез, оставив после себя лишь перышко.

Каждый день юноша устремлял взор в небо, надеясь увидеть существо, и каждый день его ждало разочарование. Осень сменилась зимой, земля замерзла, и вскоре племени пришло время отправляться на юг, в более теплые земли. Юноша горевал о том, что никогда больше не увидит маленького зверя.

Та зима оказалась суровой. Торговые караваны ходили редко, и выручки за ковры не хватало. Реки и ручьи почти пересохли, овцам и людям почти нечего было есть.

Но однажды юноша увидел, как в небе парит знакомый силуэт, и последовал за ним. Существо привело его к журчащему ручью, окруженному зеленью оазиса, и до конца сезона у юноши и его племени было вдоволь воды, а у их овец – травы и кустарников; и, хотя торговля шла медленно, они ни в чем не нуждались.

Когда время года сменилось в очередной раз, племя направилось на север, в высокогорные степи. Их стадо жирело на сочных травах, выросших в тот год.

Однажды ночью на стадо напали волки и загрызли десять овец. Следующую ночь мужчины и юноши племени стояли на страже, вглядываясь в бескрайнюю темноту в поисках хищников, но волки не приходили. Вместо этого откуда-то из глубины ночи донесся страшный звук, а утром племя обнаружило пятерых волков, разорванных на куски. С тех пор ни один хищник не рискнул приблизиться к стаду.

Уже в конце того сезона запасы продовольствия иссякли. Лишившись стольких овец из-за нападения волков, племя не могло позволить себе зарезать еще одну. В надежде поймать кроликов и пернатую дичь они расставили силки, но в них никто не попадался. Отчаявшись, племя отправило в степи охотников, но все они вернулись с пустыми руками.

Путешествие на юг внушало людям страх, ведь без еды некоторые из них наверняка погибли бы от голода по дороге туда. Но и остаться там, где прежде, они тоже не могли – зима была бы к ним столь же безжалостна. Не имелось другого выбора, кроме как попробовать добраться до южных земель.

Накануне отбытия в небе над становищем раздался шум огромных крыльев.

Не могло быть никаких сомнений в том, что спустившееся с небес существо являлось грифоном, или ширдалом, как называли этих зверей древние персы. В каждой лапе он держал по свежеубитой антилопе. Грифон приземлился посреди становища и положил свои дары к ногам спасшего его юноши.

Кочевники пережили ту зиму и многие зимы после нее. Юноша впоследствии стал вождем племени, и, хотя жизнь под его началом нельзя было назвать легкой, она оказалась, пожалуй, чуть менее тяжелой, чем раньше. Много времени спустя, передавая власть следующему вождю, он подарил ей и перо ширдала.

Она в свою очередь отдала его своему преемнику, тот – своему, и через некоторое время уже никто не мог с уверенностью сказать, было ли это перо орла, стервятника или все же ширдала; была ли история юноши правдой или просто сказкой, которую рассказывают у костра долгими ночами. Но люди племени понимали, что некоторые вещи могут одновременно быть и правдой и неправдой и что история – это нить, которую мы вплетаем в мироздание, пока она не станет такой же плотной, как ковер под ногами. И потому они берегли перо и связанную с ним легенду, передавая их из поколения в поколение, а среди узоров вытканных ими ковров – с краю, видимый лишь самому зоркому глазу, – всегда был ширдал.

Глава 4. Киплинг

Когда мы приземлились в аэропорту Хитроу, уже наступило серое утро, а небо было затянуто одеялом из низких плоских облаков. Я поплотнее запахнула куртку, стараясь спастись от сентябрьской прохлады, и, дрожа, направилась на паспортный контроль. Несмотря на то что моя попытка объяснить причину поездки была откровенно жалкой, – я говорила, что направлялась к друзьям семьи по фамилии Грифон, – пограничник поставил в моем паспорте штамп и протянул его назад.