СССР. Книга 2. Младший лейтенант милиции.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 1

- Ты куда теперь? - С лёгкой улыбкой глядя на, чуть ли не обнюхивающего только что полученные корочки меня, поинтересовался Анатолий Викеньтьевич. И тут же, словно споря с самим собой отверг какую-то, промелькнувшую в его голове, мысль. - В отделе тебе сегодня, вроде бы, делать нечего. - Он в задумчивости посмотрел на вашего покорного слугу и почесал кончик носа. - А, знаешь что, Коля... Дуй-ка ты прямо сейчас к хозяйственникам. Тем более, что кадровик, по моей, между прочим просьбе, им уже позвонил. Получи форму и всё, что к ней причитается. Встань на довольствие и заселись в общежитие.

- Будет исполнено, товарищ майор. - Лихо козырнул я, при этом щёлкнув каблуками. - Разрешите идти?

- К пустой голове руку не прикладывают. - Поморщился от импровизированного фарса Позняков. И, сомневаясь в моих знаниях местных реалий, задал наводящий вопрос. - Ехать-то как, знаешь?

- Нет. - На этот раз просто и коротко сообщил я о своём временном топологическом кретинизме. И, разведя руками, сделал простодушное лицо. - Откуда?

- Ну да, ты же только вчера из госпиталя. - Согласился мой новый начальник. И, поскольку мы уже вплотную подошли к его копейке, достал из кармана ключи. - Залезай, подвезу. Он неторопливо устроился на водительском сиденье и, когда двигатель тихо заурчал, добавил. - Мне, хоть и не по дороге, но лишних пять минут всё-равно погоды не сделают. А ты, пока найдёшь, пол дня угробишь.

- Спасибо, Анатолий Викеньтьевич. - От всей души поблагодарил я. - Без вас я, действительно, долго бы проваландался.

Минут десять поколесив по совершенно незнакомым улицам Свердловска мы, наконец, остановились у невзрачного и совершенно ничем не примечательного четырёх этажного здания.

- Ну, бывай младшОй. - Попрощался со мной начальник. - До завтра. И, когда я уже почти захлопнул дверцу, усмехнулся. - Форму одевать не обязательно.

- Да я, собственно, и не собирался. - Еле слышно пробормотал я вслед отъезжающим жигулям.

И, ещё раз достав из кармана пиджака новенькую, так приятно пахнущую типографской краской и ласкающую взор тёмно-бардовым сафьяном обложки, ксиву, не отказал себе в удовольствии раскрыть и полюбоваться на содержимое.

Так, не замечая никого вокруг, я и дочапал до входной двери. И, в последний раз кинув умильный взгляд на "свою прелесть", убрал докУмент в карман.

- Молодой человек, проход не загораживайте. - Послышалось сзади недовольное брюзжание.

И, когда я поспешно сделал шаг в сторону, мимо, окинув презрительным и недовольным взглядом, с барско-спесивым видом прошествовала женщина лет сорока.

"А это ещё что за явление природы"? - Про себя удивился я.

Но, так как мадам уже скрылась внутри здания, тут же выбросил этот забавный случай из головы. Подумаешь! Ну, сделали замечание. К слову, совершенно справедливое. Так стоит ли раздражаться по столь мелкому поводу и портить настроение самому себе?

Вслед за тёткой я зашёл в холл и тут же бы остановлен, сидящим за пристроенным перпендикулярно к стене столиком пожилым мужчиной в форме старшины.

- Вы кто? - Требовательно поинтересовался он, вперив в меня подозрительный взгляд.

Чем вызвал вполне закономерную улыбку. Которую я, памятуя о своём, надо признать, пока ещё довольно незначительном месте в милицейской иерархии, тут же поторопился спрятать.

- Младший лейтенант Петров. - Стараясь, чтобы голос звучал более ровно, доложил я. - Прибыл для получения формы, и ордера на жилплощадь. И, достав корочки, протянул грозному стражу.

- Ага, новенький значит. - Мельком бросив взгляд на мою ксиву, удовлетворённо кивнул вахтёр. А затем, раскрыв лежащую перед ним амбарную книгу, взял в руку перьевую ручку. И, макнув её в чернильницу, пообещал. - Сейчас я тебя оформлю и пойдёшь.

"Скучно, наверное, деду. - Предположил я. - Вот и строит из себя невесть что".

Но вслух, как вы понимаете, ничего не сказал. Свят-свят-свят! Не дай Создатель, задеть чувства такого вот старого служаки. Обидится или, что более вероятно, оскорбится на всю жизнь. А я вас спрашиваю, оно мне надо?

Переписав мои данные, он протянул корочки обратно. И, промокнув строчки забавным агрегатом, чем-то напоминающим детскую качалку, что видел во дворе так любезно предоставленного мне дома, напутствовал.

- Тебе на второй этаж. К Кузьме Петровичу.

- Спасибо. - Как можно любезнее поблагодарил я.

И, не желая терять времени даром, быстро направился к лестничному маршу.

Кузьмой Петровичем оказался ещё более пожилой дядька явно семитской наружности. Что, впрочем, не помешало выдать мне всё положенное. Причём, размером моего облачения он даже не поинтересовался. Спроси лишь номер носимой обуви. Да и то, как мне показалось, лишь для проформы. Так как, не дождавшись ответа, сам себя убедил в том, что у меня "сорок второй".

За что я был ему несказанно благодарен. Так как, о подобных вещах я, всё ещё не имел ни малейшего представления. А должен был. Так как, даже младенцу понятно, что все люди разные. Один большой, другой маленький. Да и в "ширину-толщину" тоже отличаются друг от друга.

"Штирлиц никогда ещё не был так близок к провалу". - Вдруг всплыла в голове совершенно дебильная фраза.

Причём, кто такой этот "Штирлиц" и в чём он должен был опростоволоситься, ваш покорный слуга тоже бы "ни в зуб ногой".

Но, так или иначе, а в этот раз - спасибо Создателю! - всё обошлось. Не хотелось бы начинать карьеру с репутацией "странного юноши, не от мира сего". Ведь, в любой организованной структуре, так или иначе, а присутствует разного рода "мышиная возня".

И давать обязательным но, пока ещё неведомым конкурентам, такой весомый повод, как сомнения в собственной адекватности, было совсем "не айс".

Но, так как в этот раз пронесло, я мысленно сотворил Святой Круг, на что моя интуиция тут же отозвалась дичайшей головной болью. И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что опять упорол очередной косяк.

"Может, в этой местности религиозные обряды как-то по-другому устроены"? - С удивлением подумал я, как только мой организм прекратил самоистязание, больше напоминающее пытку. - "И в славном городе Пярну, что находится на территории Эстонии, они разительно отличаются от принятых в Свердловске"?

Однако заморачиваться вопросами теологии мне не дали. А, выложив, довольно-таки внушительную, стопку разного шмотья и водрузив сверху аж две фуражки и пару цигейковых шапок серого цвета, протянули гроссбух.

- Распишитесь.

Я поискал глазами необходимые для сего важного действия письменные принадлежности. И, наткнувшись взглядом на такую же перьевую ручку и забавную фарфоровую ёмкость с круглым отверстием посередине, начал впадать в перманентную панику. Ибо навыков обращения с подобными агрегатами у меня, кажется, не имелось.

- Что застыли, молодой человек? - С лёгкой долей ехидства поинтересовался каптёрщик. И, проявляя нетерпение, поторопил. - Хватит уже гипнотизировать чернильницу. - Берите перо, макайте и ставьте, наконец, свой бесценный автограф.

"Надо же, какой полезный дедушка"! - С благодарностью подумал я.

И, так как алгоритм действий был полностью озвучен, а времени на исполнение мне выделили совсем мало, приступил к, собственно, процедуре.

Осторожно и, стараясь, чтобы не дрожали руки, я взял ручку. Тнул ею в призывно глядящую на меня дырочку и, интуитивно предугадав, дальнейшие действия, легонько стукнул пером о край чернильницы.

"Не хватало ещё клякс наставить"! - Про себя опасался я.

Справедливо предполагая, что такого вопиющего косяка мне не простят.

Но эти, по своей сути, примитивные телодвижения, были меньшим из моих зол. Так как требовалось на ходу изобрести подпись. Вертя перед глазами недавно полученное удостоверение, успел заметить, что этот самый "автограф" представляет собой кучу разнообразных завитушек. Воспроизвести которые и предстояло вашему покорному слуге.

Быстро прикинув различные варианты, я поспешно накорябал сакраментальное "НикПетр", украсив всё это дело залихватским вензелем. И тут же заволновался, похожа ли моя подпись на те, что оставлял до потери памяти.

Хотя, сомевайся - не сомневайся, дело уже сделано. И отыграть обратно попросту не получится. Да и, вряд ли кому-нибудь придёт в голову копаться в таких мелочах и проверять подписи в учётной книге каптёрщика. В общем, Создатель не выдаст - свинья не съест.

Когда с важным делом подписи имущественных документов было покончено я взял в охапку ворох шмотья и, повесив на шею кожаные сапоги и пару ботинок, полюбопытствовал.

- Скажите, а ордер на заселение где получить.

- Это тебе на третий этаж надо. - Просветил хранитель материальных ценностей. - И, критически оглядев мою, скрывшуюся под стопкой одежды фигуру, вытащил откуда-то сшитый из какой-то дерюги пыльный мешок. - На-ка, вот. - Протянул он сомнительное издели мне. И тут же строго предупредил. - С возвратом!

- Спасибо! - Высказал искреннюю благодарность я.

И споро принялся запихивать своё вновьприобретённое барахло внутрь.

Безусловно, молодой парень, идущий по улицам с мешком из-под картошки - то ещё сюрреалистическое зрелище. Но, представив себя с кучей одёжек в охапку, да ещё и с висящими на шее двумя парам обуви, я еле удержался от того, чтобы не заржать.

И, закончив утрамбовывать полученное добро, тихо покинул складское помещение.

После чего переместимся на один этаж вверх, чтобы оказаться перед "светлыми очами" ещё одного пожилого мужика.

Для разнообразия, он не принадлежал к славному семитскому племени, а был армянином. Ну, по крайней мере, именно так я определил его этническую принадлежность. Чему способствовал выдающихся размеров нос, несмотря на седину, густые и курчавые волосы а, главное, табличка на двери кабинета.

Сообщающая всем и каждому, что именно в этом месте несёт трудовую вахту Армен Самвелович Мовтесян. Что прямо и совершенно неоднозначно намекало, что сидящий за ней индивидуум принадлежит именно к этому, третьему по значимости, после детей Израилевых, народу.

Почему не отдал представителю армянской нации второе место? Ну, так его по праву делили между собой хохлы и грузины. А, с небольшим и, надо сказать, весьма несущественным отставанием за армянами следовали чукчи.

Про которых сложено столько анекдотов, что даже пресловутые "Василий Иванович" и "Петька с Анкой", скромно курят в сторонке.

В общем, я тихонько постучал и, услышав разрешающий возглас, мягко открыл двери.

- Можно? - Скромно, как и положено хорошо воспитанному молодому человеку, робко поинтересовался я.

- ВхАдЫ, дАрАгой! ВхАдЫ! - Жизнерадостно приветствовал меня хозяин помещения. - И, подтверждая своё отношение к нашему славному ведомству, проявил недюжинные дедуктивные способности. - Что, ордер на заселение нужен?

- Так точно. - Слегка охренев от самобытности этого колоритного персонажа, только и сумел выдавить из себя я. И, немного слукавив, проблеял. - Жить негде.

- Ну, это ты брось! - С наигранной суровостью погрозил пальцем Армен Самвелович. И, поясняя своё, слегка театрализированное недовольство, выдал. - В стране победившего социализма нет и не может быть таких проблем. - А затем, перейдя на нормальный тон, миролюбиво закончил. - Будет, будет тебе место. И крышей над головой обеспечим, и кровать выделим!

- К-к-как-к-ую к-к-кров-в-ва-а-ать? - Ни хрена не поняв, судорожно сглотнул я. - И, так рассчитывал, по меньшей мере на, пусть небльшое но, всё-таки изолированное от внешнего мира, приватное пространство, пролепетал. - Мн-н-не б-б-бы, к-к-комн-н-на-ату-у.

- Ха-ха-ха, юноша! - Вполне искренне засмеялся, если не сказать, заржал этот, сразу ставший гораздо менее симпатичным, дядька. - Комнаты у нас только семейным положены. - Он осуждающе, словно я потребовал что-то неприличное и вопиюще выходящее за общепринятые рамки, строго глянул на меня. - А таким как вы, молодым и неоперившимся, выделяется койко-место. То есть, кровать с панцирной сеткой, матрацем и постельными принадлежностями!

Признаться, немного разбалованный персональной палатой, выделенной мне в госпитале, я наивно рассчитывал на большее. Да и подгон в виде отдельной и вполне благоустроенной квартиры, тоже настроил на оптимистический лад.

Но, как выяснилось, не всё коту маслице. И нужно чуточку уменьшить собственные хотелки и, как говориться, "брать, что дают".

При этой, ни с того, ни с сего пришедшей на ум фразе, в голове вдруг всплыла далёкая и загадочная страна Таиланд. А так же, невесть откуда взявшаяся байка про то, что к отдыхающему на далёком солнечном берегу русскому туристу подошёл официант. И, пояснив, что он знает по одной, подходящей к случаю фразе на нескольких языках, попросил научить его чему-то подобному на русском.

И наш соотечественник, ни минуты не сомневаясь, вместо чего-то, вроде французского "бон аппетит", на голубом глазу и с самым серьёзным видом, выдал сакраментальное "жри, что дают"!

Наверное, позавидовал получаемым обслуживающим персоналом чаевым, не иначе.

Ну, а затем, в голове возникли образы молодой женщины, по имени Алёна. А так же её мужа, Олега и мелкого и жизнерадостного пацана, звавшегося Артёмкой.

Тёплое море, банковские упаковки долларов и, почему-то, прохождение таможенного досмотра и прилёт в аэропорт Шереметьево.* (*События, о которых идёт речь, описаны в 1-й главе, 2-го тома, цикла "Эльф на плоской Земле".)

Все эти, как показалось, относившиеся к моей прошлой жизни воспоминания, явно указывали на то, что память постепенно возвращается. Что, безо всякого сомнения, настраивало на вполне себе мажорный лад.

Правда, как ни старался, больше ничего выудить из памяти, не смог. Да и, не время сейчас было. И совсем не место. О чём мне бесцеремонно напомнил бог кроватей с панцирными сетками и байковых одеял.

- Зря раздумываете, юноша. - Явно приняв моё секундное замешательство за колебание, напористо произнёс он. - Уверяю вас, что, никто из только что поступивших на службу, не вправе претендовать на что-то большее!

- А? Что? - Помотав головой, вернулся я в реальность. - И, дабы не выглядеть подозрительно в глазах, пусть небольшого но, всё-таки начальства, поспешно согласился. - Да-да, конечно! Давайте ваше койко-место!

- Ну, предположим, всё-таки не моё, а как-раз таки ваше. - Чуть подобрев, усмехнулся в усы повидавший вид мужчина.

И, вытащив из ящика стола неизменнуую амбарную книгу, достал из внутреннего кармана пиджака гораздо более современную, чем наблюдаемые мной до сих пор перья, авторучку.

Правда, заправлена она была всё теми же фиолетовыми чернилами. Но, по крайней мере, риск посадить кляксу и, тем самым навечно уронить свою репутацию в глазах окружающих, был гораздо меньше.

- Тебя в какой участок направили? - Деловито осведомился Армен Самвелович. И, поясняя внезапно возникший интерес, сказал. - У нас три общежития. Так что, могу пособить и устроить, так сказать, поближе к месту работы.

- Я в убойном служить буду. - Отчего-то сглотнув, смущённо проинформировал я. И, дабы не возникло сомнений в моей правдивости, поделился "секретом". - Меня Анатолий Викеньтьевич пригласил.

- Позняков, что ли? - Как-то странно и, вроде бы даже "по особому", взглянул на меня Мовтесян. И, с явно прорезавшимися нотками уважения в голосе, резюмировал. - Тогда, я тебя во второе определяю. - Он поднял светившиеся довольством глаза и раскрыл тайну такого вот, волюнтаристского решения. - Оно, как раз, в пяти минутах ходьбы от управления.

"Бляха-муха"! - Внутренне скривился я. - "Это ж, идёт вразрез с самой главной заповедью, всякого служивого человека".

Ведь, этот лаконичный и всеобъемлющий постулат, гласящей, что надо держаться "подальше от начальства, поближе кухне, родился не на пустом месте.

А, если можно так выразиться, выстрадан потом и кровью миллионов безжалостно эксплуатируемых тружеников по всему миру. Усталых, затюканных бесчисленными хотелками руководства и, как подозреваю, именно по этой причине, не очень довольных близостью с вышестоящими товарищами.

Глава 2

Представив, что буду жить в шаговой доступности и, вольно или невольно, а на первых порах окажусь в положении "мальчика на побегушках", я поморщился и поспешил поинтересоваться.

- Скажите, а другие варианты есть?

- А ты не так прост, как кажешься, юноша. - Понимающе сверкнул чёрными глазами армянин. И, с лёгкими одобрительными интонациями, сообщил. - Ну, тогда в третье. До него минут сорок, если топать ножками и идти через пешеходный мост. А на машине или общественном транспорте добираться долго. Так как находится аккурат за речкой и ехать приходится, давая очень большой круг.

"Во! Самое, что ни на есть оно"! - Обрадовался я. - "Как раз, в охотку пробежаться до работы. И тревожить по пустякам не станут".

- Я согласен на третье. - Поспешно промолвил я. - Выписывайте ордер.

После чего Армен Самвелович выудил всё из того же, представившегося мне чем-то вроде легендарной пещеры Али-Бабы, ящика пачку каких-то, больше напоминающих квитанции, чем бланки серьёзных документов под названием "ордер", бумажек и начал что-то корябать на одной из них.

Действовал он, при этом, самозабвенно. Отдаваясь поставленной перед самим собой задачей, всё душой. Так что мне оставалось, затаив дыхание, молча следить за движением медленно скрипевшей по сероватой бумаге авторучки и, как вы понимаете, стараясь, при этом, лишний раз не отсвечивать.

Не дай Создатель, дрогнет рука у, занятого таким важным делом, как решение моего жилищного вопроса, высокого начальства. И ордер украсится кляксой. А это, доложу я вам, пятно. Не так, чтобы совсем уж на репутации. Но и хорошего в моей жизни от этого точно не прибавится.

- Вот, держи. - Закончив выводить мои данные и шлёпнув печать, протянул он заветный клочёк бумаги мне. И тут же предостерегающе зашипел. - Да, куда ж ты складываешь, балбес! Чернила ж размажутся!

- Извините. - Опешив, испуганно пробормотал я. - Как-то не подумал.

- И почему это я не удивлён? - Ехидно осведомился Армен Самвелович. И, как бы подтверждая собственную правоту, деланно посетовал. - Современная молодёжь, вообще склонна к тенденции делать всё наспех и на скорую руку.

Не желая вступать в бесполезные дебаты, я просто помахал выданным мне документом из стороны в строну. А, когда убедился, что чернила окончательно высохли, аккуратно сложил пополам и, так как только что полученное удостоверение было слишком мало, засунул в паспорт и убрал во внутренний карман пиджака. А затем, так как делать мне здесь было нечего, робко поинтересовался.

- Так, я пойду?

- Иди. - Царским жестом отпустил меня Армен Самвелович. И, когда уже я почти дочапал до двери, напутствовал. - Комендантше вашей, Катерине Игоревне, привет передавай.

- Всенепременно. - Пообещал я, с облегчением выбираясь в коридор.

А затем, закрыв за собой двери, подхватил выданную мне каптенариусом торбу под мышку и двинулся к лестнице. В этом здании меня больше ничего не задерживало. Так что, можно и жилищным вопросом заняться. Вернее, довести его до логического завершения и, в конце-концов, заселиться в выделенное мне общежитие.

Но, выйдя на крыльцо я понял, что сделать это будет не так-то и просто. Так как города я не знал, от слова "совсем". А название улицы, носящей имя некоей Клары Цеткин, совершенно ни о чём не говорило.

"Во попал, мля"! - Поставив мешок со скарбом возле ног, растерянно пробормотал я. - "Ну, надо ж было так опростоволоситься"!

Собственно, вариантов было целых три.

Вернуться в здание Хозяйственного Управления и подробно расспросить того же Армена Самвеловича. При этом уболтав его нарисовать хотя бы приблизительный маршрут.

Ещё можно было порасспросить прохожих. Выглядел бы я, при этом, немного смешно но, на крайний случай, и это решение годилось.

Ну и, самым приятным и лёгким, была гипотетическая возможность обратиться к новым знакомым. Один из которых, к тому же, со вчерашнего дня являлся моим "полуначальником". Принявшим меня на полставки в оркестр Свердловского Дома Офицеров и, как понимаю, весьма и весьма заинтересованного в долгом и плодотворном сотрудничестве.

Ещё раз с сомнением посмотрев на только что закрывшуюся за моей спиной дверь я вспомнил что, "возвращаться плохая примета". И, отвергнув способ, при котором мне бы пришлось отвлекать от важных и насущных дел посторонних людей, нашарил в кармане двухкопеечную монету и твёрдым шагом двинулся к видневшейся невдалеке телефонной будке.