Виктор судорожно сглотнул и, взявшись за штурвал, направил челнок прочь от этого страшного места. Вскоре они нашли первую группу спасённых и, снизившись, дали возможность остальным сойти на землю. Затем, отлетев немного в сторону, приземлились.
Виктор снял маску, отстегнул фиксирующие крепления и, посмотрев на товарища, спросил:
— Как ты думаешь, нас примут за богов или… наоборот?
— Вот выйдем и увидим, — философски изрёк Алекс.
Ребята шагнули в открытый люк. Аборигены стояли, сбившись в тесную кучку, и настороженно смотрели на приближающихся спасителей. Все спасённые были четырёхногими и четырёхрукими. У одной из женщин сквозь разорванную одежду виднелось три груди. Алекс, увидев это, покраснел и отвёл взгляд. Лица у них были вполне обыкновенными, человеческими, за исключением третьего глаза во лбу, который присутствовал у половины из них.
— Интересно, видит ли третий глаз? — шепнул Виктор Алексу.
— Терпение, в своё время узнаем, — так же шёпотом ответил Алекс.
До аборигенов оставалось не более пяти метров, когда их отношение к пришельцам наконец было показано.
Единственный в группе мужчина широко улыбнулся и, раскрыв объятия двух пар рук, пошёл навстречу своим спасителям. Те удивились бы гораздо меньше, если бы абориген взял дубинку и, размахивая, побежал на них. Но это? Это было такое человеческое выражение радости встречи, что друзья растерялись.
— Может, дадим дёру, пока не поздно? — сквозь зубы поинтересовался Виктор.
— Поздно, да и как-то стыдно. Будем надеяться, что за полтораста лет внешнее проявление симпатии не претерпело существенных изменений, — витиевато ответил его учёный друг.
В этот момент абориген вплотную приблизился к ребятам и заключил сразу обоих в свои могучие объятия. Воздух со свистом покинул их лёгкие и тут же вернулся обратно. Несмотря на явно преклонный возраст, абориген был в прекрасной физической форме. Роста он был выше среднего, астенического телосложения. Торс по причине присутствия дополнительной пары рук довольно вытянутый. Тазовые кости совершенно изменены вследствие наличия двух пар ног, которые были расположены в одной плоскости, так что он мог спокойно идти сразу на четырёх, как мифологический кентавр. Лицо самое обыкновенное, человеческое, лишь обрамленное длинными седыми космами волос и спутанной бородой. Приветливый старец наконец оставил в покое бедные грудные клетки своих спасителей и, продолжая широко улыбаться, заговорил:
- Приветствую Вас, наши добрые предки! Самой великой моей мечтой было дожить до встречи с Вами! И это свершилось! - Затем лицо его стало серьёзным и грустным, и он добавил: - «Жаль, что до этого события не дожили мои соплеменники, но благодарю Вас за спасение этих женщин и детей! Что касается меня, то я готов следовать за Вами, куда Вам будет угодно. Любое Ваше слово для меня – закон! Абориген поклонился и замолчал, выжидающе глядя на ребят.
- «Ну, чего молчишь? Ты ведь у нас специалист по древнему русскому», – зашептал Виктор.
- «Да это не древний, а архидревний», – слабо возразил Алекс и добавил: «Ну, я попробую». Он откашлялся и проговорил:
- «Мы тоже рады познакомиться с Вами». - Затем смутился. - «А можно задать Вам вопрос?»
- «Конечно, уважаемый предок! Мои знания – Ваши знания!» «Почему ты зовешь нас предками?» – незаметно для себя перешел на «ты» Алекс.- «И почему твоей самой большой мечтой было дожить до встречи с нами?» – «Откуда ты о нас знаешь?»
- «Это очень много вопросов, мой уважаемый предок! Нужно долго сидеть у костра и говорить. Если бы мы могли уйти подальше от этого места, мы бы долго и спокойно говорили», – ответил абориген и вопросительно посмотрел на Алекса, видимо, приняв его за старшего.