Я же в карете ни о чем таком не думала, устала. День был насыщенным, и я просто смотрела в тёмное окно. А на ночь уже в кровати прокручивала в голове заседание, вспоминала реакцию Орива, и удивилась его злобе и ненависти, что звучали в каждом его слове. Чувствую ли я ненависть к Корвану? Нет. Есть страх, усталость и разочарование, что надежды на то, что все позади не сбылись. Страх я старалась побороть, как могла, он плохой советчик в действиях. К тому же для некроманта губителен. Без него в нашей работе нельзя, но и давать ему волю тоже опасно. Но ненависти больше нет. Тогда, десять лет назад я ненавидела так, что смогла вернуться, умерев, с кинжалом в груди. И видимо тогда она и перегорела, дав возможность снова жить, только с темным даром.
Потом долгое время я вообще ничего не чувствовала. Словно все внутри замерло. Вспоминая тот период, я сама себе напоминала замерзшее озеро, которое в суровую зиму сковало льдом до самого дна. Но шло время и понемногу чувства возвращались. Что было на душе у Орива тогда, я просто не замечала. Может поэтому не увидела, что он не отпустил прошлое. Брат сколько угодно может говорить, что живёт дальше, поучать меня, как надо жить. Но его слова и поведение на совете сказали мне, что он все ещё носит ту боль в себе. Наверное, он так и не простил себя, что дал мне умереть. Хотя я никогда не считала его виноватым. Мужчины и женщины думают и чувствуют по-разному. А он мой брат, и всегда чувствовал ответственность за меня, да и эта черта всегда была в его характере.
Все эти мысли в моей голове воскресили ту страшную ночь в замке барона. Хорошо, что магия не вышла из-под контроля. Конечно, этот сон не принес мне хорошего настроения, и встала я разбитая и уставшая.
— Доброе утро! — поздоровался брат. Он тоже улыбкой не сиял.
— Ага, — кивнула и налила кофе из кофейника, Орив тоже сидел с чашкой. — Камила уже пришла?
— Да. Рано утром. Сейчас спит, — Орив глотнул кофе, — Тана, я хотел извиниться за вчерашнюю вспышку. — Он опустил глаза на скатерть, избегая моего взгляда. — Все это меня ужасно бесит! — прошипел он. — Боги, мне почти тридцать лет, а я веду себя как мальчишка! — он прикрыл рукой глаза.
— Не переживай, мы же тёмные, а тёмные все с приветом. — Пожала плечами, отпивая кофе и беря пирожок, наверное Мила принесла, потому что вчера их не было. — Вряд ли кто-то из ложи был удивлён. И потом, мы в своём праве, и такая реакция вполне нормальная. Только давай теперь ты больше не будешь меня поучать и доставать? — ехидно посмотрела на мрачного братишку. — Ведь кто из нас ещё "живёт прошлым"?
Орив промолчал, ничего не возразив.
— А когда у вас свадьба? — вспомнила я, что дату так и не узнала, а заодно и тему сменим. — И большое будет торжество или нет?
— Думаю, что в начале лета, хочется хорошей погоды. Мы не планируем большой праздник. Несколько человек с её и моей стороны. Снимем какую-нибудь ресторацию, а потом поедем на море. Мила тоже не была никогда у моря. Да и хочется сменить обстановку, — брат с радостью подхватил новую тему. Это у аристократов было принято устраивать пышные празднества по этому поводу, обычные же люди просто шли в храм и проходили там через свадебный обряд, который их связывал перед богами и людьми. Потом обычно было небольшое застолье. И вот в последнее время многие ездили куда-нибудь отдохнуть на несколько дней.
— Камила говорила, что у неё напряженные отношения с отцом?
— Есть такое, — кивнул Орив, — Ну, мне собственно на его мнение плевать. Я её люблю и не собираюсь никого слушать! — прозвучало резковато, но очень искренне.
— Это же замечательно! — порадовалась его уверенности, — да и потом, вы оба работаете, наверняка у тебя хороший заработок. Вы оба маги. Уж как-нибудь проживете без его денег. А благословение пусть себе оставит.
— На самом деле, хорошо, что Камиле самой не так важно его мнение. Она у меня девушка своенравная и самостоятельная. Даже странно, что мы не пересеклись в академии, когда учились.
— Ха, да в академии с нашим факультетом почти никто не общается! Забыл? — усмехнулась я.
— Хорошо, что потом эти стереотипы уходят.
— Ага.
— Какие у тебя планы до конца недели? — поинтересовался Орив.
— Даже не знаю, — допила кофе, кстати, пирожки оказались с капустой, мои любимые, и очень вкусные. — Наверное, пойду к наставнику. Все равно мне здесь больше нечего делать. А целыми днями дома сидеть скучно. Может Арвен мне что-нибудь предложит.
— Да наверняка, — уверенно сказал Орив, — вдруг тебе понравится, и ты останешься преподавать? Он же, помниться, предлагал тебе должность младшего преподавателя ещё на выпуске. А уж теперь то в звании магистра, он с руками тебя оторвет! — он что-то такое увидел в моем лице и предпринял ещё одну попытку, — и к нам поближе будешь. Что тебе тот Ривель? — активно начал он уговаривать меня, — холодно, от столицы далеко, и ты там совершенно одна. Я вообще не понимаю, зачем ты согласилась на это распределение?
— Ты же сам знаешь, — выразительно посмотрела на него.
— Ну да, ну да, — покивал он головой, — меньше народу знает, что мы родня — меньше вопросов. Но теперь то это становится неактуально. Сомневаюсь, что тёмной ложе и даже всему Совету удастся сохранить все, что наворотил этот гад, в тайне. Уже столько народу знает, — брат закатил глаза, показывая степень своей уверенности, — что все их действия бессмысленны! И это я ещё с Торном не говорил. Совет и император могут сколько угодно ему приказывать, но, в конечном счёте, он сделает так, как считает правильным. И мне почему-то кажется, что его мнение совпадает с моим, — я вопросительно посмотрела на брата, — Корван не должен выжить, — пояснил Орив.
— После сканирования и снятия слепка ауры его мозги превратятся в кисель, так что он и так не выживет. И потом ты сам мне говорил, что Торн уже много лет занимает этот пост, а значит на первом месте для него Империя.
— Без сомнения! — столько в нем было уверенности в этот момент в своих словах, — а еще он оборотень.
— А это тут причём? — удивилась я.
— Знаешь, почему мы так мало о них знаем? — спросил Орив, и сам же ответил, — Потому что им выгодно так много скрывать. Их мало, и, по-настоящему, их не знает никто. Едва ли их больше, чем тогда когда они пришли в наш мир. Знаешь сколько оборотней в нашей стране? — я отрицательно покачала головой, а он ответил, чуть помедлив, — пять.
— Всего? — поразилась, хотя меня они никогда не интересовали. Как то не до того было.
— Ага, и двое — это Дарий и его дед, который, кстати, до сих пор жив, хотя ему же перевалило за две сотни лет, здоров и полон сил. Но живет с женой не в столице, да и вообще не любит здесь показываться.
— Но он говорил, что его способностей не хватает на полный оборот.
— На самом деле, оборот зависит не только от физических данных.