Лег рядом, сгреб меня в охапку и, коснувшись виска нежным, благодарным поцелуем, сказал:
– Я люблю тебя, девочка моя. Больше всех и всего в этом мире.
– И я тебя люблю. Ты мой самый лучший. Мой единственный!
Мы еще некоторое время лежали, тесно переплетясь и лениво поглаживая друг друга. На продолжение сил не было, но и возможности оторваться друг от друга – не было тоже.
Жалела ли я, что не дождалась свадьбы как хорошая девочка?
Нет, конечно!
Молодец, что не дождалась!
На рассвете следующего дня, в очередном совершенно неизвестном месте
Натан Реманс
– Наверняка уже отстроился, с-сволочь… – тихо процедил сквозь зубы Натан Реманс, оценивая местность, очень похожую на ту, где он провалялся в наведенном сне всю сессию и не только ее.
Опять лесок на окраине столицы, опять метров двести в поперечнике. От предыдущего леска этот отличался, пожалуй, только одним: высоко на дереве, под которым стоял маркиз, возмущенно стрекотала белка. Или не белка. Да, точно, мырк.
– Не совсем отстроился, раз тут еще кто-то живет, – тоже шепотом откликнулся Шерик и вдруг полез на дерево. Не иначе предупреждать мырка о грядущей опасности.
Но жуткие картинки, увиденные в лаборатории мерзавца-мага, по сию пору являлись Натану не то чтобы в кошмарах, но в очень, очень неприятных снах. А потому останавливать рысенка он не стал. Хотя и не стоило отпускать Тарисового питомца далеко от себя…
Разумеется, оба были тщательно укрыты пологами беззвучия и невидимости. Затратно, но в данной ситуации жизненно необходимо. Однако маркиз Реманский не доверял даже пологам, правильно оценивая своего врага: сильный, весьма умелый, неординарный маг.
Хотя почему враг? Понятно, что этому магу никакого дела до Натана больше нет и не будет.
Так что не враг, нет. Объект мести.
Гоблин, работавший в таверне «Хороший вечерок» официантом (а в криминальном мире осведомителем), был совершенно прав: у Натана Реманса, невзирая на молодые годы и высокое происхождение, имелось немало связей в преступной среде. И, что главное, он умел ими пользоваться. А потому Кристофа Химаро (как бы ни звали эту скотину на самом деле) маркиз отыскал. Точнее, отыскал места, где тот нет-нет да и появлялся – как минимум у нескольких нелегальных торговцев зельями, ингредиентами, аппаратурой… Правда, на поиски понадобился чуть ли не месяц и буквально бешеные деньги, но что с того! Повезло, что мерзавец хоть и залег на дно, но столицу не покинул. То ли был уверен, что не найдут, то ли тоже мечтал о реванше…
– Обо мне он мечтает, – фыркнул Шерик, когда услышал от Натана это рассуждение. – Или ты не понял, какой я ценный?
Разумеется, надлежало сообщить о Химаро куда следует.
Но не мог Натан взвалить свое похищение и унижение на плечи полиции и следственной канцелярии! И пострадавший котик тоже имел право на месть, с каковым правом к Натану и обратился. А на напоминание о том, что котик, вообще-то, дал клятву не покидать академию, он только лапкой около своего уха покрутил и сообщил, что клялся не делать этого в одиночку и потому и явился к маркизу.
Что ж… Эта нечисть была не только разумнее немалого числа двуногих, но и показала себя достойным партнером.
– Шер!
Мяканье, порыкивание и стрекотание тут же стихли. Рысик послушно спрыгнул с дерева и осведомился:
– Ну что, пора?
– Предупредил живность? Отлично, молодец.
И они принялись за дело, которое Натан начал, еще будучи в плену. Успел, успел он тогда оценить, просчитать и запомнить контур и плетение магического барьера, который использовал Химаро. Сначала изнутри изучил, а потом и снаружи. Легко: в ожидании полиции оперативники, снявшие барьер и крайне гордые своей работой, охотно поделились со студентом методом взлома, показали остаточные рваные фрагменты, а вдобавок бурно обсуждали свои действия.
Как говорится, умному достаточно…
Но кроме профессиональных оперативников, полиции и групп быстрого реагирования в этом мире имеются еще и частные лица: от детективов до наемников. Не менее профессиональные, и действуют порой лучше государственных служб.
Барьер Натан снимать не стал: просто сделал аккуратную дырочку нужного размера, в которую могли войти сразу двое. Понятно, что сам не пошел и Мушерала не пустил! Впрочем, кот и не рвался, потому как тоже не отличался ни особым героизмом, ни идиотизмом.
Кристоф Химаро, разумеется, был дома. Собственно, он сам и привел Натана с рысенком к своему новому жилью. И пока вивисектор, не ведая о грядущем налете, разбирал, посвистывая, очередные колбы-шприцы-железочки для новой лаборатории, в закрытый от мира дом проникли нанятые Ремансом маги.