Просто жизнь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Извинились? Свободны!

Он опустил плечи и пошёл прочь, такой жалкий, что ей захотелось его окликнуть, но не смогла вспомнить имя.

Прошло пару месяцев. Она и думать о нём забыла, а он снова послал за ней играющих во дворе детей.

– Меня отправляют на аспирантскую практику за границу, но там есть условие, что я должен быть женат. Выходите за меня замуж.

– Простите, напомните, как Вас зовут? – не имея ввиду ничего плохого спросила девушка.

И ещё раз пришёл он к ней, пытаясь наладить отношения, как раз накануне её свадьбы.

Через несколько лет они снова встретились, уже случайно. Оба пережили первый брак и развод. Но это совсем другая история, в том числе для каждого из них.

Человек существо талантливое. Поэтому он способен превратить любой предмет и любое место в мусоросборник.

Хозяин кафе поменял коробочки с прижатыми внутри салфетками, на более экономичные, как он вероятно думал, открытые двумя лепестками сеточки.

В первый день в них гордо возвышались несколько салфеток. Во второй, чуть примятые салфетки с торчащим среди них лейблом какого-то товара. В третий, прибавился магазинный чек.

Сидим в кафе, пьём кофе. Рядом мама с дочкой. Девочка доела бурекас и дама, осторожно сворачивая бумажный кулёк с остатками крошек, запихивает его в салфетницу, окончательно сминая уже чуть видимые салфетки.

Муж тихо фыркает и я, не выдержав, абсолютно непривычно для себя, абсолютно неприлично смеюсь, тут же замолкая и произнеся: «Извините». Хотя вряд ли они поняли к чему…

Через выходной салфетницы со столов исчезли, как и сами салфетки.

Принять роды. Вырастить корову. Забирать у неё молоко и телят, проживая и растя собственное потомство за её счёт. Обворовывать её по максимуму, хотя вроде и любить. Сдать на живодёрню.

Казалось бы, эти люди должны быть благодарны корове, которую сами же вырастили, и за счёт которой прожили столько лет.

Но нет. Слово «корова» в отношении других людей наполнено злобой, негативом и презрением, словно это не они её растили, обворовывали и использовали столько лет, а она их.

И те, кто родились позже и корову в глаза не видели, искренне верят, что это она, корова, виновата, что их предки всю жизнь копались в говне.

Кто же станет рассказывать про украденных и проданных телят, молоко, мясо и живодёрню?!

С удивлением слышу, как продавец откликается на имя Лена.

– Я, который год, зову Вас Юлей, а дама называет Леной, – не удерживаюсь от вопроса, – а как правильно?

Молодая женщина смущается и отвечает. Я начинаю неудержимо смеяться, а вслед за мной и часть очереди и она сама.

– Оля, – говорит она.

Хайфа. Небольшой магазин. 8 часов утра

– Девочки, как на иврите: «Резиновое изделие № 2»? – звонко восклицает запыхавшаяся брюнетка средних лет, едва переступив порог торгового зала.

– Моцар гуми миспар штайм.

– Нет! Так они не понимают! Мне надо прямо им сказать: «презерватив».

Продавщицы, пожимая плечами, смущённо оглядываются на вошедшую ранее интеллигентную пожилую даму: «Не знаем…».

– Сейчас будем знать, – уверенно говорит дама и ставит телефон на громкую связь: «Привет, сыночка! Как на иврите презерватив?».

Минута молчания и недоумевающий мужской голос: «Мама, ты где?».

– В магазине.