— Если бы не ты, проект ресторана пришлось бы просто свернуть к чертовой матери! А помнишь, как ты мастерски спасла ситуацию с тем загородным домом? Клиент уже готов был порвать нас в клочья!
— Вилл, меня повысили, — уже громче говорю я. У моего коллеги наконец-то заканчивается запас слов и отвисает челюсть.
Выражение его лица в этот момент бесценно. Он с минуту сидит, разинув рот, а потом начинает истошно хохотать и хлопать в ладоши. Люди за столами начинают недоуменно оглядываться. Вилл, не замечая этого, вскакивает из-за стола, и, подхватив меня на руки, начинает кружить прямо по офису.
— Ай да Лиззи! — кричит он во все горло, и я, невольно заражаясь его оптимизмом, тоже начинаю хихикать.
Именно в этот момент я встречаюсь с холодным взглядом темных глаз. Стоун проходит по коридору уже в пальто поверх своего серого костюма и наблюдает эту странную картину. Ох, черт. Мне хочется провалиться сквозь землю. Кажется, минуту назад он просил не заставлять его жалеть о своем решении. И, судя по взгляду, он уже пожалел о нем на все сто процентов.
Я хлопком по плечу прошу Вилла остановиться и неловко слезаю с его рук, пряча глаза в пол. Стоун удаляется по коридору, так и не сказав ни слова. Я перевожу взгляд на своего коллегу, и он так заразительно улыбается, что я не могу не улыбнуться ему в ответ. Но улыбка получается немного натянутой. И он это, конечно же, замечает. Вилл действительно настоящий друг, хоть и парень.
— Эй, что случилось? Ты не рада?
Я мотаю головой и закусываю губу.
— Лиз, — он кладет руку мне на плечо и ободряюще его сжимает, — что не так?
— Все не так, — почти сиплю я, стараясь не расплакаться. — Майк сделал мне предложение.
Понятия не имею, почему из всего, что случилось со мной сегодня, именно этот факт расстраивает больше всего. Все накопившиеся за это утро эмоции каким-то непостижимым образом собрались в один большой океан грусти и жалости к себе и снесли меня с ног бурным потоком. Мой мозг, проанализировав происходящее, очевидно сделал вывод, что из всего случившегося повлиять по-настоящему я могу лишь на ситуацию с Майком. Машину нужно чинить, погоду в Лондоне не изменишь, разлитый кофе не вернуть, на работе — все решили за меня. А вот говорить «да» меня за язык никто не тянул. Это целиком и полностью моя вина.
— Ты согласилась? — напряженно спрашивает Вилл, вглядываясь в мое лицо. — Ты согласилась… Ты же знаешь, что всегда можешь отказаться?
Я молча киваю и плетусь к своему рабочему столу. Картина маслом: «Элизабет — счастливая невеста». Усаживаюсь и решаю взять себя в руки. Все, хватит на сегодня. Пора работать. Уже к вечеру мне нужно сдать проект гольф-клуба и теперь — без участия Матильды.
Еще раз подробно читаю документ перед собой, стараясь ничего не упустить. Из лифта с шумом появляется тучная женщина в длинном платье-балахоне и с крупными бусами на шее. Она цепляется за рукав пробегающего мимо парня и громко спрашивает, где найти Элизабет Эттвуд. Я поднимаю голову от стола и приветливо машу ей рукой. Эта женщина представляется специалистом кадрового отдела нашей новой компании и дает мне на ознакомление и подпись еще кипу бумаг. Мое новое назначение. Меня просят не торопиться и принести все завтра. Вилл изображает беззвучные аплодисменты и ободряюще подмигивает мне из-за своего стола.
Глава 3
Дорога домой занимает больше времени, чем я планирую. Из-за дождя машины двигаются намного медленнее, и в итоге, открывая входную дверь своей съемной квартиры, я ожидаю, что Майк уже лежит в полудреме, укрывшись пледом, и досматривает очередную серию «Сынов Анархии» без меня.
— Привет!
Я вздрагиваю на пороге от громкого приветствия и поднимаю голову. Яркий свет из кухни неожиданно режет глаза, а то, что предстает перед ними, заставляет съежиться. Первая мысль — развернуться и убежать. И плевать, что обо мне подумают. На нашей маленькой кухне веселая суета, для меня означающая вселенскую катастрофу. Моя мама в переднике и с прихваткой на руке достает блюдо из духовки. Мама Майка с поразительной быстротой настоящего шеф-повара шинкует овощи на разделочной доске. А сам Майк в это время заканчивает расставлять на столе приборы и спешит ко мне помочь снять пальто. Все широко улыбаются. Попалась.
— Милая, мы хотели сделать тебе сюрприз, но не рассчитали время, — Майк виновато чмокает меня в щеку.
— М-м-м, — единственное, что я могу выдавить из себя.
Мама бросает противень и бежит ко мне из кухни. Объятия теплые и такие родные. От мамы пахнет запечённым картофелем и домом. Хочется утонуть в этом аромате и вернуться в детство. А точнее — сбежать от неумолимо приближающегося взрослого будущего, к которому, очевидно, я еще совсем не готова.
— Почему ты не сказала мне? — укоризненно шепчет мама, не расцепляя объятий.
Я аккуратно снимаю с себя ее руки и взглядом даю понять, что сейчас не время для этих разговоров. Майк топчется в шаге от нас, кажется, желая присоединиться к всеобщим проявлениям любви. Ну уж нет.
Испепеляю его взглядом, давая понять, как я «рада» этому неожиданному сюрпризу. Он тушуется и, опустив глаза в пол, убегает на кухню, чтобы помочь своей матери.
Я чертовски устала. Единственное, чего мне хочется сейчас больше, чем еды, это, наконец, согреться и побыть в одиночестве. И смыть с себя весь этот странный день. Что я и намереваюсь сделать. Ничего, подождут.
Закрываюсь в ванной и скинув с себя одежду, залезаю под душ. Стою под обжигающими струями воды, пока кожу не начинает пощипывать. Затем слишком старательно расчёсываю свои длинные волосы и заплетаю их в легкую косу.
В комнате чувствуется напряжение, очевидно, не такой реакции они ожидали от счастливой невесты. Мы рассаживаемся за столом и какое-то время едим в полной тишине. Надо сказать, очень гнетущей. В итоге, мама не выдерживает, и начинает нервно и без остановки тараторить последние новости из жизни соседей, имена и лица которых мне смутно знакомы, а для Майка и его мамы вообще ни о чем не говорят. Под действием вина и горячей еды, я наконец расслабляюсь и начинаю чувствовать себя ужасно виноватой за такое поведение. Я собираюсь с силами и глубоко вдыхаю, что не укрывается от взглядов присутствующих. Мама резко замолкает, как выключенное радио, и все напряженно смотрят на меня.
Обстоятельно рассказываю семье про события сегодняшнего дня. С самого утра, опустив лишь подробности моих переживаний по поводу предложения. Про отказавшуюся заводиться машину, забытый зонт, разлитый кофе и оскорбления от Матильды. Это должно объяснить мое настроение и такой подавленный вид. Первой в себя приходит мама.
— Обворовывать компанию, надо же!
— Ничего удивительного, дорогая, — назидательно изрекает мама Майка, — сейчас все так заняты своими гаджетами! Не видят, что творится у них под носом.