Рома, как и ректор, строчил что-то в свой блокнот.
Таранский и герцог подошли так близко, казалось, сейчас вообще на нас свалятся.
Кто остальные «гости», не знаю. Но все с таким интересом нас слушали, прямо в театр пришли.
Многих зрителей я вообще никогда не видела и поняла главное – идеи о защите острова безнадежно рухнули.
Тишину нарушили только звуки далекой пилы, явно Артей со своими, да на холме самозабвенно прыгал на скакалке Мишка под радостное тявканье Рыжика, а мелкие громко считали:
– Пятьдесят один, пятьдесят два…
Мои родители так и не подняли головы, о чем-то заспорив, я тихонько вышла из-за стола и поздоровалась:
– День добрый всем, кого еще не видела, – поймала взгляд Елены Ивановны, она кивнула, – приглашаем вас на легкий перекус.
Мы сразу решили, что накормить горячим такую ораву нам не по силам. А бутерброды получатся, причем их разнообразие приятно удивит, ни майонеза, ни большинства соусов к мясу тут просто не знают. Зато как они умеет готовить любую рыбу!
Елена Ивановна всех повела к столам, даже Леди с бывшим мужем скоренько так пошли.
Остались только мои родители у карты, некромант и эльф с Олей. Некромант осел на пеньке растерянным грибом, его отпаивал на редкость вонючей настойкой наш целитель. Успокаивающую настойку я сразу опознала по аромату, ею пропахли и палаты, и класс занятий факультатива.
Эльф мне так радостно улыбнулся, что я насторожилась.
Что это он?
Удивилась, вопросительно взглянула на Олю, и тоже медленно опустилась на соседний пенек рядом с некромантом.
У Оли появились уши. Эльфийские.
Глаза бы мои не смотрели.
– Поздравляю, – выдавила я.
Оля кинулась меня обнимать.
– Спасибо-спасибо, я так счастлива!
– Правда, что ли, – усомнилась я в это розовое оттопыренное ухо.
– Конечно! А, ты про Землю? Смотри, – она провела руками по своей красоте, и уши исчезли. По крайней мере, я их не видела. Провела еще раз, и они появились, – здорово?
– Ну… да.
– Вот! С ними я лучше вижу, слышу и уже кое-что знаю от призраков-эльфов! И тебе расскажу!
– Ага… отлично…
Целитель участливо посмотрел на мою физиономию и протянул коричневую гадость.
Мы с некромантом обреченно переглянулись, и я отхлебнула.