Кто-то охнул. Я подняла голову на последней ступени.
Лол.
– Сообщи ректору, – шепнула ему.
Но Лол стоял столбом, и я тупо поползла дальше.
Очнулась в целительской. На мне что-то лежало. Точно мамонт. Или два. Оба ревут. А, это Оля ревет.
– Урфина…
– Рассказывай, кто так тебя, – тут же склонился он.
– Пираты напали, наши захлопнули дом. Надо сжечь флот. Все корабли. Чтобы не убежали пираты. Потом их уничтожить. Дом не трогать, наши заперты. Остров отстроим заново. Меня поднимут?
– Поднимут. Руст занимается, и двое с острова. Главное, ты жива.
Я отключилась.
И, черт бы подрал целителей с их мокрыми тяжелыми повязками снаружи и на редкость гадкими настойками внутри, все главное проспала.
Глава 31
События восстанавливала со слов Оли, Таранского и оговорок Урфина.
Таранский лежал от меня недалеко, в соседнем боксе. Завел его к нам в палату целитель Руст. Осторожно усадил на свободную кровать, поправил подушечку, и бедный раненый боец, которого некому нормально выслушать, зачастил, не останавливаясь.
Как академия, не высаживаясь на остров, сжигала корабли, а пираты суматошно носились по берегу с угрозами и руганью. Кто-то кидался вплавь к кораблям, а кто-то пытался зарыться в песок.
Как методично и точечно бойцы отправляли огонь в тех, кто сопротивлялся.
Как вязали всех, кого сумели поймать, а это оказалось сложно, верхушка пиратов обвешалась довольно редкими артефактами.
Как обыскивали остров, шли цепью навстречу друг другу, но пираты умудрялись прятаться в самых неожиданных местах, и погибшие бойцы есть.
Остров полыхал весь день.
И даже ночью вдруг вспыхивали с ревом огромные свечи, перелетая по лианам от дерева к дереву.
Бой получился знатный, все из академий, кого не взяли, страшно завидуют!
Таранского остановить мы не могли, у него даже голос сел, но он говорил и говорил. Магистр Руст вздохнул, уговорил парня попить, и тот упал, всхрапнув, на подушку. Так сутки и проспал в женской палате, вернулся на свое место, успокоенный, на следующий день.
Наши на острове не поняла, что случилось.
Они мирно спали, как вдруг дом с шумом захлопнулся. Сам! И они не смогли выйти и понять, что случилось. Продуктов на кухне оказалось только на завтрак, не считая муки, масла и круп, купленных мною на всякий случай, в запас, еще у нас в городе.
Благо, через два дня Урфин с Егором открыли окно Мишки, прикинув расположение и что-то сломав, ибо створки дома открывались изнутри. Причем магом, умеющим пользоваться бытовыми приборами.
У нашей троицы – Елены Ивановны, Насти и Мишки этих знаний пока не было.
Свет загорался и гас самостоятельно, поэтому все живущие твердо знали только три кнопки: включение плиты, воды в раковине и смыва в туалете. Все.