– Савельева! – вмешался мой личный куратор по целительству, – ты занимаешься по усложненной программе, отвлекаться тебе нельзя. Не хотел говорить преждевременно… но к Сибирской ярмарке подъедет специальная комиссия. И требовать будут диагностику персонально с тебя очень серьезно. Очень. Они едут с больными. По сути, экзамен сдаешь не только ты, а вся наша школа!
Вот как… стоило ожидать, что все не просто с деньгами, которые получаю.
Что ж…
– Тем более, Иван Андреевич. Тем более. Что-то знаю я, потому что сдаю сразу за весь первый курс и часть второго. А Варя первый курс окончила полностью, не торопясь. Будем проверять друг друга и помогать. Усваивается лучше то, что объясняешь сам. Варя проверит меня и, заодно, себя. Я, в свою очередь, присмотрю за ее дисциплиной.
– Акхм-м… – откашлялся директор.
К сожалению, ментал мой тут бесполезен, рискованно. Слишком близко стоим, сразу поймут, что у меня есть еще один дар, сообщат или сами увезут в специальные службы. В застенки. Ясновидящие очень убедительны.
Внешне директор слушал нас спокойно, один раз только дернулась щека. Мой куратор точно успокаивался и думал уже о чем-то другом, вероятно, о комиссии. А старший Зайцев медленно наливался дурной кровью. Я даже забеспокоилась, как бы инсульт не случился.
– А давненько я не бывал в комнатах школьников, – признался директор, обводя чересчур виноватым взглядом магистров, – позволите, барышня?
Ответа и не ждал. Обошел меня и распахнул двери.
Да-а, кто знал…
Я бы хоть книжки аккуратнее сложила.
На подоконниках разноцветные огурцы – надо же проверять то, что предложу на зачет.
На стене нарисован циферблат, только стрелки свободно крутятся на гвоздике. Но часы точно идут! Сама удивляюсь, но никому не говорю, еще один факультатив мне не потянуть.
На чужом столе открытые пачки картона и бутылочки с цветными настойками. Которых у меня не может быть, ибо идея принадлежит Александру Дмитриевичу Зайцеву. Рассказала Варя, а химичила уже я сама.
На мое счастье, внимание привлекли сначала скелеты, все-таки они ростом с того самого монаха. Я не скупилась, хотя картону тут всего на семь копеек.
А на лица обалдевших мастеров стоило посмотреть.
Мои ясновидящие захохотали в голос, пришлось зашипеть на них, ничего же не услышу!
– Савельева, – пришел в себя первым мой личный куратор по целительству, – откуда это у вас?
– Сама сделала. Учила таким образом бытовую магию и нормальную анатомию. Два в одном.
– Как вы могли, нет, но как вы могли… – простонал Мойский.
Я насторожилась.
Может, не случайно нет наглядных пособий.
Религиозный запрет?
– Как вы могли так поступить?! – заорал куратор.
На крик в комнату заскочили монах и Зайчик Варя. Я испугалась, неужели по незнанию подведу ее? Она не виновата!
– Нет, но как вы! Могли промолчать! Утаить от меня! Такое дело?!
– Иван Андреевич, – прошипел директор, – а попроще для меня, в чем проблема?