– Ну-с, – спросил аристократ и глава комиссии на следующий день, – и какую школу вы выбрали с учетом возможных связей в перспективе для этой скромной барышни?
Мы с мама все утро проговорили, а папа выслушал обеих внимательно и промолчал. Она ответила согласием на мою просьбу, но уверена, что комиссия меня «не пропустит». Родители не знают одной тонкости: если дворянин-маг дал слово при свидетелях, то повесил на себя удавку. Правда, «слово» сработает только в одном случае – если обещание дано, в свою очередь, полноценному магу. С теми, кто без дара или совсем не обучен, такой фокус не проходит. Но они не знают про пересылку, а память-то у меня совсем другая!
– Я правильно поняла, что могу выбирать из школ второго-пятого разряда включительно?
– Правильно.
– Я выбираю школу третьего разряда.
– Но… – глава комиссии вытаращил глаза и тут же схватился за горло, – барышня, вы, конечно, на редкость скромны, но эти школы для детей магов!
– В учебнике сказано – для детей и потомков магов. Род от нас отказался, признаем, но он имел несколько поколений магов.
Мама заторможено кивнула.
– Что ж… это ваш выбор, – сладко улыбнулся глава, – посмотрите, где у нас недобор в школах третьего разряда?
– в Тобольской губернии, – с готовностью звякнули шпоры, – набрали восемь человек.
– Сообщите – уже девять. И доставьте барышню сами, барон. Подорожную я подпишу. Сегодня у нас пятое? Седьмого за вами заедут, милая барышня. Надеюсь, теплые вещи вы приобрели, и не говорите потом, что вас не предупреждали.
Мы раскланялись с комиссией, удалились, и только в нашей повозке мама сделалось дурно. Она часто задышала и затеребила платочек, но меня оттолкнула.
Я велела Серафиму ехать.
У самого дома мама сказала:
– Думаю, твоя идея… ошибка. Надеюсь, не трагическая. Но на теплую одежду для Сибири денег нет. Может быть, к зиме что-нибудь придумаем. Три рубля оставим в банке, это все же связь между нами. Снять или положить сможете только папа или ты, мы оставили такую заявку в связи с твои отъездом на учебу. Можно дописать пару слов: «спасибо, я здорова», например. Поняла?
– Да.
– На теплую куртку, уверена, тебе хватит. Там и выбор значительно больше. Мы добавим еще рубль, чтобы счет не оголять.
Глава 7
Добирались мы до школы долгих десять дней.
К сожалению, счет мне пришлось почти обнулить, надо было платить за ночевки и хоть что-то есть. Мастер вообще обалдел, когда я спросила, а за меня кто должен платить. Трясущимися от злости руками – слов у него не нашлось, подал подорожную, где четко написано красивым почерком с завитушками: оплата мастеру Лиговскому две декады, до Тобольска и обратно, с проживанием и кормлением. Оставалось кивнуть и попросить свозить меня в банк. Сначала я сняла рубль пятьдесят, надеясь, что дотяну, но дешевле двугривенного отдельного жилья не было ни разу. Проблема оказалась в багаже, четыре сумки невозможно оставить в открытой повозке, а в общей комнате хотелось спать, а не караулить вещи. Еду покупала на рынках, принюхиваясь к подозрительным начинкам, и питалась всухомятку все время. Так и дописывала, снимая денежку: «оплата еды и жилья в дороге».
К тому же у мастера воспалилась царапина на руке, он и так злился по любому поводу, а тут еще и дожди пошли без перерыва. На третий день поездки я разглядела покрасневшую царапину и предложила ее вылечить.
Что с дурочки взять.
Весь четвертый день он орал, ругаясь без перерыва, на пятый охрип, на шестой потерял сознание.
Я окликнула возницу, он помог без разговоров. Снял мундир с вояки, и оба мы выругались не хуже мастера: царапиной на кисти оканчивалась довольно глубокая рана, тянувшаяся от предплечья.