Студенты, включая их наставников, немедленно возобновили свою деятельность. Огонь, вода, камни и металл снова поднялись в воздух.
Наставники начали громко и четко выкрикивать свои инструкции, чтобы загладить вину за то, что отвлеклись на драму между морским Полубогом и мной.
— Сосредоточтесь! Призовите силу из своего центра, подаренную богами.
— Чем усерднее вы тренируетесь, тем сильнее становится ваша сила. Докажите, что вы сделаны из стали.
— Используйте свою силу. Сейчас. Вы контролируете свою магию; ваша магия не контролирует вас.
Все инструкции звучали четко. Третьекурсники знали свое дело. Они были опытны в тренировках, в отличие от Полубогов, которые были хороши на поле боя, но не в обучении первогодков.
Метод Полубогов состоял в том, чтобы бросить любого неимеющего плавать в волны и позволить ему научиться плавать.
Поскольку у меня не было дома, куда можно было бы пойти, я застряла с ними.
Но я подслушала советы других инструкторов и позаимствовала несколько приемов.
Я закрыла глаза, призывая к себе свою силу — все, что у меня было, кроме огня. Но откликнулся только огонь, бушующий на темном, бесплодном ландшафте в моем ментальном царстве. Когда я пригляделась поближе, я отшатнулась.
Как и предупреждал меня призрак, мое пламя исходило не от магии света, которой обладали олимпийские боги.
Я нырнула в царство тьмы, выслеживая источник своей собственной магии, пока не оказалась на берегу моря горящих углей.
Это было царство Ада, сердцевина преисподней.
Откуда я это знаю? Я не могла отправиться в Ад, не так ли?
Я не была исчадием Ада!
Мой огонь пронесся над морем горящих углей, вдыхая, как будто питаясь.
Черт! Это был адский огонь.
Я нашла источник своей магии и поняла ее природу.
Он зол из-за того, что о нем долго не вспоминали.
Ему нужно было охотиться и питаться жизнью и жизненной энергией.
Он хотел причинять боль и разрушать.
В аду все, что я чувствовала, — это лед, забивающий каждую мою вену. Я попыталась сбежать из ментальной сферы и почувствовала, как мое физическое тело чуть не упало навзничь на мою задницу.
Я бы не выпустила свой адский огонь наружу. Я должна сохранить этот свой грязный секрет навсегда.
Я резко открыла глаза, только чтобы увидеть Акселя, смотрящего на меня с темным голодом.
Он не знал, кто я такая. Никто из них не знал, но его тоска по мне стала последней каплей.
— Аксель, — захныкала я.
Его взгляд стал обжигающим, когда он почувствовал мою потребность в нем.
Я шагнула к нему, нуждаясь в прикосновении, нуждаясь в его тепле и уюте, чтобы разогнать лед в моих венах.
На этот раз, вместо того, чтобы броситься обнимать меня, он ждал, глядя на меня так, словно пообещал бы весь мир, если бы я попросила. Он, вероятно, отдал бы мне весь мир, даже если бы я не просила, потому что впервые в жизни я показала ему свою уязвимость.
Магия и химия пронеслись между нами, как невидимая волна. Мы смотрели друг на друга, когда я двинулась к нему, забыв, где мы находимся. Или, может быть, нам просто было все равно.