Великолепная женщина в белом пиджаке и юбке чопорно сидела за большим блестящим письменным столом красного дерева. Ее каштановые волосы были туго заколоты на макушке. Ее зеленые глаза, на несколько тонов светлее моих, смотрели на меня с нескрываемым любопытством.
За это она понравилась мне немного больше, хотя я была готова бросить вызов этой авторитетной фигуре, если бы она доставила мне неприятности.
— Включен ли кондиционер, директриса Фон Руш? — Спросила я, проверяя ее и сверкнув насмешливой, дружелюбной улыбкой, еще раз окинув взглядом Полубогов.
Как только я вошла, все они выпрямились на своих стульях и сосредоточились на мне, как ястребы, наблюдающие за единственным драконьим яйцом.
— Извините, но вам не кажется, что здесь немного жарковато? — Я поговорила с директрисой.
Аксель хихикнул, а Мари фыркнула, но она сразу же прекратила шуметь, как будто вспомнила, кто она такая и перед кем стоит.
Я действительно плохо на нее влияла, как она и утверждала.
Свинстон, засранец, оставался каменным, но его фиалковые глаза тоже были прикованы ко мне.
Я покраснела при одном его виде, но в тот момент я пыталась сдержать свой гнев, что было почти невозможно. Перед тем, как я проиграла, я напомнила себе, что не должна позволить ему победить. Я бы не позволила ему вывести меня из себя. Так что я сделала все, что могла — я полностью проигнорировала его присутствие, как будто его никогда не существовало.
Но какого хрена он вообще здесь был? Разве другие Полубоги не обещали держать его подальше от меня? Но тогда только дурак поверит слову Полубога.
Зак улыбнулся мне. У него была потрясающая улыбка, хотя он никогда не был броским. Прошлой ночью я узнала, что он не привык беззастенчиво бороться за чью-либо привязанность. Но он никогда не упускал возможности продемонстрировать передо мной свои мужские достоинства.
— Как прошел твой завтрак, Бутончик? — Спросил он.
Мари выглядела озадаченной. Сегодня у нее будет еще больше потрясений. Я надеялась, что она переживет их все.
Полубоги устанавливали правила для этого мира — во всяком случае, для той половины, которой они правили вместе с Аресом, — поэтому они были выше их. Это, очевидно, означало, что их не волновали социальные нормы людей и сверхъестественных существ, например, не называть меня ласкательным именем, когда и где им заблагорассудится.
Директриса осталась невозмутимой. Как глава «Академии Полукровок», она, должно быть, имела множество дел с Полубогами.
— Как ты думаешь, как прошел мой завтрак, Небесный Полубог? — Ответила я. — Меня вызвали. Мне пришлось оставить свой восхитительный бекон.
Гектор обратил свой суровый взгляд на Мари, и бедный солдат отшатнулась.
— Эй, Мари ни в чем не виновата, — крикнула я. — Она выполняла ваши приказы, ребята.
Аксель озорно ухмыльнулся, не желая раздувать драму. — Ты стащила Мэриголд с ее места, когда она завтракала, Мари? — Он спросил.
— Нет, сэр, — ответила Мари. — Я ждала. Мэриголд подшучивала над подругой-первокурсницей, и они обе обменялись несколькими серьезными угрозами. В конце концов она приказала другой девушке отвалить, а затем отпустила несколько шуток со своими подругами за столом, потягивая кофе. По моему скромному мнению, ее шутки не были смешными. Ее друзья тоже не смеялись, и это только доказывает мою точку зрения, что у Мэриголд может быть много талантов, но рассказывать анекдоты — не один из них. И она съела по меньшей мере дюжину ломтиков бекона, прежде чем я подошла к ней.
У меня отвисла челюсть от того, как она на самом деле воспринимала меня.
— Итак, ты любишь бекон, Печенька? — С интересом спросил Аксель.
Озорной, насмешливый взгляд его золотистых глаз предупредил меня, что он может сменить мое имя с Печеньки на Бекон.
Я одарила его стальным взглядом, который говорил: Не смей
— Кондиционер включен, Эсме? — Спросил Гектор, но он не смотрел на нее. Его горячий взгляд продолжал блуждать по мне, угрожая испепелить. Я оценила, что он был более внимателен к моему комфорту, чем кто-либо другой, но, вероятно, мне следует попросить его воздержаться от такого взгляда на меня на публике. — Если он не включен, пожалуйста, попросите кого-нибудь немедленно включить его.
Директриса закатила глаза.
— Кондиционер в порядке, Полубог Гектор.
Когда ее зеленые глаза закатились, они остановились на мне с неожиданной теплотой в них.
— Мэриголд, — сказала она, наклоняясь вперед. — Нам нужно обсудить с тобой несколько вопросов. Пожалуйста, присаживайся.
Я прищурила глаза.