Набираю:
Вы ошиблись номером.
Долго ждать ответа не приходится.
Гори в аду, Мередит.
Я вскрикиваю, и телефон выскальзывает у меня из рук на темно-синий резиновый коврик, который заглушает звук удара.
Мередит…
Этот человек знает мое имя! Сообщение для меня!
Тут в дверь стучит Джош. От неожиданности я подпрыгиваю и скорей наклоняюсь за телефоном, который лежит экраном вниз. Переворачиваю его и подбираю с пола. Сообщение по-прежнему вызывающе горит на экране.
Джош, не дожидаясь, пока я открою, входит. Я скорее прячу телефон в задний карман джинсов.
— Так-так, — говорит он, — может, и рыбам хоть немного воды оставите?
Лео жалуется, что ему холодно.
— Давай-ка тогда заберем тебя из ванны, — отвечает Джош и тянется к Лео.
— Я его еще не помыла… — признаюсь я.
Лео стучит зубами. У него и мурашки на руках, а я только сейчас заметила. Он действительно замерз. Теперь, кроме растерянности и страха, чувствую еще и стыд: совсем забыла о ребенке. Тут и там на полу вода, зато волосы у Лео совершенно сухие.
— Как не помыла? — удивляется Джош. Представляю, что он сейчас подумает: пока я, значит, прибирал кухню и начищал сковородки с кастрюлями, она сидела сложа руки!.. Тем не менее Джош не злится и не упрекает. Он не такой.
— У меня клиентка рожает, то и дело пишет, — оправдываюсь я и говорю, что уже как раз собиралась мыть Лео. Встаю на колени перед ванной и тянусь за шампунем. В заднем кармане джинсов раздается очередное уведомление, но теперь я уже не проверяю, что там. Не хочу посвящать в это Джоша, пока сама не разберусь.
— Не прочитаешь? — интересуется он.
Я говорю, что потом посмотрю, и переключаюсь на Лео, рьяно намыливая ему голову. И все равно внутри по-прежнему тревожно. Из-за моих резких движений Лео попадает в глаза шампунь, и я не придумываю ничего лучше, кроме как вытереть пену своими же мыльными руками. Помогла, называется…
Лео у нас далеко не нытик, с ним всегда легко. Вот и сейчас он только и говорит что «ай», протирая глаза мокрыми ручками, хотя я-то знаю, что шампунь их жжет как огнем.
— Сильно щиплет, малыш? — спрашиваю я, ругая себя за неосторожность. В мыслях сейчас одно: «Гори в аду, Мередит».
Кто мог такое написать? А главное, почему? Кто бы ни был этот человек, он меня знает. Знает мое имя. Злится на меня. Настолько, что хочет моей смерти. Понятия не имею, кто бы это мог быть. Да и ума не приложу, что я такого могла кому-то сделать, чтобы можно было желать мне смерти.
Беру перекинутую через край ванны тряпочку, протягиваю ее Лео, чтобы он вытер глаза, но руки трясутся, и я роняю ее в воду. Брызги летят Лео в лицо. Вот теперь он начинает плакать.
— Извини, милый, — говорю я, — у меня случайно выпало.
Я вытаскиваю тряпочку из воды, чтобы подать Лео, и тут же роняю снова. В конце концов сдаюсь и жду, пока Лео сам ее выловит и протрет глаза. Джош тем временем стоит сзади и наблюдает.
На телефоне снова раздается звук сообщения.
— Кому-то, видимо, до смерти надо с тобой поговорить.
Из всех слов Джоша до меня долетает только одно: «смерти».
Слава богу, я сижу к Джошу спиной и он не видит моего лица.
— Что, прости? — переспрашиваю я.
— Твоей клиентке, — поясняет Джош, и я поворачиваюсь к нему. Он показывает на выглядывающий из моего заднего кармана телефон. — Похоже, ты ей нужна. Лучше ответь, Мередит, — говорит он участливо, и я тут же вспоминаю о своей рожающей клиентке. Чувствую укол совести. А если это и правда она? Что, если схватки участились и мне уже пора к ней?