Мое тело – тюрьма. Трилогия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Простите, брат. Нам приказано объявить вам приговор, — Седьмой опустил на пол крошечный походный галогрифер, похожий на блестящий икосаэдр.

Фигура Первого грима появилась на палубе крыла.

— Третий и десятый гримы, брат и сестра, мы объявляем вам наш приговор. Десятый грим, по причине нижнего чина, действующая не по своей воле, а по приказу третьего, приговаривается к заключению в коконе сиуса в ледниках Сирковетта на срок в шестьсот стандартных галактических зим с последующей трансформацией памяти. Третий грим… — Кира легко понимала что говорят, словно при дубляже, когда не отключают звук оригинала. Инопланетянский был щебечущим и как будто смутно знакомым. Голос Первого стал тише, хотя рот тот открывал, и Кира поняла, что Грим перенаправил все ресурсы организма, чтобы добраться до заключённой в кокон девушки. Её и без того бледное лицо стало серым, губы — ярко-синими, длинные ресницы покрылись инеем. Разметавшиеся по полу локоны из красно-рыжих стали блёкло-каштановыми.

— Милая… — Грим прополз до неё и лёг лицом в потемневшие волосы, которые пахли смертью, и Кира снова очень отдалённо почувствовала его усталость и отчаяние.

Первый грим снова стал слышен лучше, и тот бесстрастно продолжал зачитывать приговор:

— Третий грим приговаривается к лишению тела и заточению жизненной энергии Искры в теле низшего…

Угасающий взгляд Грима был направлен в открытые от защиты иллюминаторы звёздного крыла. В чёрной космической пустоте нежно-голубым светом сиял шар планеты, в которой Кира легко узнала Землю.

«Мы были так близко…» — последняя мысль, которая осталась послевкусием, прежде чем удивлённая этим выбором Кира поняла, что картинка сменилась тем самым сном, который она видела накануне. Полилась информация о том, что на этой планете были найдены следы деятельности сиусян и люди являются их то ли дальними родичами, то ли каким-то экспериментом. Их в целом считали кем-то вроде обезьян в ветке эволюции. Сиусяне дали людям название, которое можно перевести как «низший предел эволюции разумного». Исследования Земли были давно закрыты как нерентабельные — и такими вещами занимались только кто-то типа космических археологов. Десятая грим, та подруга Грима, владела информацией из архива и подала идею сбежать именно сюда, на окраину Галактики, где их никто не найдёт.

С огромным удивлением Кира поняла, что эта парочка то ли очень давно находилась возле Земли, то ли их раса могла каким-то образом влиять на время, потому что в коме пролетевших воспоминаний, мелькнуло то, что американские истории про супермена и вообще разных суперлюдей-мутантов — всё это влияние Грима и его подруги. Как поняла Кира, если бы не прибыла кавалерия, которая их остановила, то некоторое время спустя на Земле бы на самом деле появилась парочка суперменов, которые готовили что-то вроде положительного общественного мнения для своего приземления на Землю. В общем, мимикрировать под местных Грим и Десятая изначально не собирались. Но с их появлением история человеческой цивилизации могла повторить какие-нибудь комиксы, так как гримы были в состоянии влиять даже на ДНК. Кроме этого, те, которые догнали, тоже знали кучу всякого, как можно наказать практически неубиваемых себе подобных и поиздеваться над аборигенами «низшими».

На возмущённую Киру холодным безэмоциональным душем полились формулы и выкладки о теории вливания жизненной энергии в чужое тело и происходящем вытеснении, что энергия, наполнявшая сосуд ранее, останется в пространстве и времени, разлетевшись по нему на мельчайшие частицы. Грим же будет заточён в теле, не имея ничего, кроме своих воспоминаний и разрушенных надежд.

— Неудачно, — безэмоционально сказал Седьмой грим, когда произошло то, что Кира видела во сне. — Тело не выдерживает Искру.

— Что будем делать, брат? — сквозь апатию услышал Грим.

— Будем продолжать. Приказ Первого однозначен.

Промелькнула вялая мысль Грима о Первом «раз ты решил жить на этой захудалой планете и променять Сиус и свой статус на это, я исполню твоё желание, брат» — то, что не было сказано в послании, но явно там читалось. А ещё… кажется, Гриму было жаль тех, кто пострадает ещё из-за его ошибки. Или его раздражала глупость младших братьев. Или и то, и это.

— Для того, что вы задумали, требуется вмешательство третьего порядка.

— Если ты вырастишь сосуд под себя, брат, мы позаботимся о Десятой сестре и попробуем смягчить её участь, — после коротких переглядок сказал Седьмой.

— Пусть она… не страдает, — попросил Грим.

— Мы сообщим Первому о твоём сотрудничестве.

Кира не совсем поняла, что именно происходит, но её случай явно отличался от той девушки, которая была до неё. Та появилась взрослой, а сейчас в космосе разгорелась точка, которая начала расти и приобретать человеческие очертания. Внезапно ярко вспомнилось как мама рассказывала ей о том, что в день её рождения резко началась весна, почти на месяц раньше положенного в северном регионе. Растаял снег и зазеленела трава. И потом в именины всегда было яркое солнце и очень тёплый день даже если до этого было не выше нуля градусов по Цельсию. Иногда она могла «уговорить тучку» пролиться дождём. Например, когда уставала таскать воду из реки, чтобы поливать огород на дачном участке или чтобы уже пойти домой и не ковыряться с прополкой грядок. А ещё почти никогда не попадала под дождь: всегда он проходил стороной и был либо раньше, либо позже того, как она выходила на улицу, а то и показывался «край тучи», и она оставалась сухой в дождь, шедший в метре от неё. А все эти контакты с тонким миром? Это всё потому, что она что-то вроде искусственно-созданного организма? Или просто тело с чуть более расширенными функциями в астральном плане?

Кира лежала, глядя на побелённый потолок с жёлтыми разводами, пытаясь осознать и понять всё, что увидела. Получалось, что Грим пожалел её и не вытеснил полностью из «подготовленного сосуда», как это запланировали его родичи. Или просто не видел в этом смысла. Сам момент вселения был смазан её шоком. И всё же… Жить Кира очень хотела и испытала облегчение пополам с благодарностью.

Звуки поворачивающегося ключа и лязганье «почти гаражного» замка вывели её из состояния глубокой задумчивости.

— Кира, ты дома? — из-за шкафа, который делил комнату на зоны, отгораживая «прихожую», спросила её соседка. Раздался шум, цокот каблуков и хихиканье, словно Таша была не одна.

— Да, — подала голос Кира, встала с кровати и убедилась в своём предположении.

С соседкой Ташей они учились на одной специальности в параллельных группах, та в первой группе, а Кира — во второй, которые поделили, исходя из результатов поступления и набранных на экзаменах баллов. В первой группе, за исключением семи человек, учились в основном городские студенты. И Таша пришла вместе с городской девочкой из своей группы — Ассолью.

Кира подозревала, что родители Ассоли либо были большие любители Грина, либо у татар, к представителям которых относилась подружка её соседки, вообще такие необычные имена и «Алые паруса» тут совсем ни при чём. Ассоль красилась в рыжий цвет, и татарку в ней выдавали разве что чуть суженые раскосые глаза и имя. Девушка, чуть скривив накрашенные розовым блеском губки, смерила её взглядом и фальшиво улыбнулась.

— При-ивет, Кира, — манерно растягивая гласные, поздоровалась Ассоль.

Возможно, девушка мнила себя гениальной актрисой, но её пренебрежение и неприятие Кира ощутила мгновенно, почти физически. Такая реакция девчонок была до боли знакомой, но Кира задумалась о том, что другие люди и правда «ведутся» и чаще всего не замечают даже таких откровенных эмоциональных посылов. Так, может, это она видит такие вещи лишь из-за Грима и его «подготовки сосуда»? Всё — из-за этого?

— Где были? — чуть усмехнувшись, спросила Кира, переключившись на соседку. К Таше Кира когда-то подошла сама и предложила жить вместе из-за её эмоциональной стабильности и того, что та отреагировала на неё более спокойно, чем все остальные. — Пары же кончились больше часа назад.

— А, мы уехать хотели, но автобус долго не приходил, а потом, когда приехал, такая давка была, что мы не влезли, — Таша проверила наполненность чайника и включила его. — Асса вся замёрзла, дубак на улице, мы решили зайти, чай попить и чуть попозже уехать.

— Ясно, — Кира мельком взглянула на синеватые ноги Ассоли в одних капроновых колготках. Девушка с сентября так и не изменила мини-юбкам.