Дверь за ним закрылась с таким бешеным грохотом, что даже старая краска по периметру косяка, осыпалась на пол.
ГЛАВА 12
Меня всю трясло.
Я на ощупь, словно слепая, нашла кровать и еле дыша упала на неё. Ноги просто не хотели меня держать, оно и понятно. Ноги не держали, а мозг просто отказывался работать.
Что это сейчас было Илана? Вот это вот всё, что он творил с тобой, а ты как какая-то шлюшка со стонами принимала.
Он как палач, решил вершить надо мной пытки, видимо до казни! Ему мало того, что я итак его пленница, он решил ещё вплести меня в кабалу? В зависимость от его тела?
Нет, нет, нет!
Этого я не позволю, что за стокгольмский синдром он тут решил устроить мне? Я сбегу! Я не останусь его рабой!
Я едва успела одеться как в комнату постучали. Я с удивлением и с дрожью в голосе ответила на английском. Я не знала говорит ли мама Касима на иврите.
— Здравствуй!
Она поздоровалась на иврите. Я с облегчением выдохнула.
— Здравствуйте…
— Я Латифа, мама Касима, а ты дочка Микаэла?
Мама Касима улыбнулась мне и села рядом на скрипучую кровать. Она была не большого роста, в старом платке который завязала на затылке, но с невероятно красивыми, зелеными глазами, такими же как и у Касима.
— Да, я Илана…
— Ты такая красивая девочка, похожа на своего папу, но больше на свою покойную бабушку.
Я никогда не встречала маму моего отца, но видела ее фотографии.
Действительно у нас были общие черты. Моя бабушка была марокканской еврейкой. У неё были густые шоколадные волосы, пухлые губы и высоко очерченные скулы. Такая красота универсальна на все времена.
— Я увы её не встречала, она умерла до моего рождения, но я видела её фото, да мне тоже показалось что мы чем-то похожи.
— Да дочка, очень. Она была моей лучшей подругой…
— Что?
— Да…мы учились в одной школе, а потом и наши мужья стали друзьями…
Тут, эта милая женщина, практически божий одуванчик, замолчала, понурила голову и глубоко вздохнула:
— Ты проголодалась? Когда ты в последний раз ела?
Тогда…ночью, в пустыне…
— Я не знаю голодна ли я, не думаю…
И тут мой желудок заурчал. Ответ был дан громко и настойчиво.
Латифа засмеялась и встала с кровати.
— Пойдем красавица. У меня есть еда на любой вкус.
***