Следующий день. Лазаревск. Поликлиника. Игорь.
Долгий и тяжёлый сон. Страшный, потому как снится проклятый лес из которого я не могу найти выход. Бесконечные трубы-коридоры, мутанты, монстры. Мои любимые, которые не смогли выжить. Катя и Глаша, которые умерли у меня на руках…
И я знаю что это сон, кошмар, но ничего сделать не могу. Хочу проснуться, встать, но не могу. А мне надо. Мне надо объясниться с ними, всё рассказать. Потому что мне пришлось промолчать. Это из-за меня их похитили. Но если бы не это… Если бы не это, погибли бы миллионы. Я не смог бы… Мне бы просто не хватило сил.
А как глупо я рвался на убой? Я же сдохнуть мог. Более того, я почти сдох. Я должен был сделать именно так. Они поймут Да, возможно, им всё уже
рассказали. Но поверят ли они кому-то? А я… Тоже мне герой. Невнимательный, трусоватый, слабак. И дебил. То затуплю, то подставлюсь, то начну вести себя как идиот. Хотя, мне всего семнадцать, я обычный школьник. К такому я явно не был готов. Погони, перестрелки, суперсилы которые здесь называются магией, шпионы, предатели, монстры, чудовища. Если раньше моя жизнь казалась мне же безумием, то сейчас всё напоминает фильм ужасов. А может быть, мне всё приснилось? Может быть не было ничего? Может быть тогда я действительно пропустил удар в голову и сейчас лёжа на ринге смотрю глюки?
Не хочу… Не хочу! Здесь мой дом, здесь я настоящий я. Я здесь живу, люблю. Я… Если сейчас меня разбудит врач и скажет что меня привезли с ринга, то я… Нет… Не хочу! Это моё! Не отдам! Ни Лену, ни Машу, ни Таню, никого! Нет…
— Нет! — кричу и сажусь на кровати.
Ощупываю себя, осматриваюсь и понимая что в Лазаревске облегчённо выдыхаю. Таких коек в том мире нет, приборов тоже. Да и…
— А где все? Почему я один? Где…
Не найдя на себе капельниц, или ещё чего-то, срываю с груди датчик от чего под потолком мигает красная лампа. Осторожно встаю, чувствую что не весь в себя пришёл и подволакивая правую ногу иду… Возвращаюсь, хватаю простыню, заматываюсь и иду к выходу. Открываю дверь, уворачиваюсь от пытающейся поймать меня медсестры, запинаюсь и вываливаюсь в коридор… Встаю, смотрю вперёд и…
— Игорь, вернись в палату, — пытаясь увести меня ворчит медсестра.
— Давно сидят? — делая вид что девушки меня слышат спрашиваю.
— Девять дней, — улыбается медсестра. — Екатерина Константиновна, правда, в Москве была, но она каждые пять минут звонила и узнавала, а вчера прилетел. Хотя, сам видишь…
— Эх… Ну… Ай… Лен! Лена, Леночка, прости, — держа сползающую простынь иду к ним. — Мне столько всего нужно рассказать. Ты…
Сняв очки, Лена закрывает глаза, глубоко вздыхает как вдруг прыгает и валит меня на пол. Тут же к ней подключаются и остальные. Медсестра всхлипывая и вытирая слёзы, улыбаясь стоит у стены и просит прекратить безобразие. Глаша и Катя, хоть и не прыгнули на меня, но по виду тоже рады. А уж как рад я. Всё закончилось…
Некоторое время спустя. Ресторан «Снегири.» Игорь.
Из больницы, где я отдыхал целых девять дней, сразу после тщательной проверки едем в ресторан отмечать, ну и проводить разбор полётов. Всем не терпится узнать правду, желательно всю. Ну и все это: моя семья, включая родителей Маши, Ольги и Жени. Начальника милиции, Горчакова, Казаркина и Булатова, Морозовой, Агаларян, Нестеровой, которая пока я отдыхал буквально ворвалась в нашу семью, и двух отрядов спецназа.
Мы прибываем, персонал и сами бойцы организовывают закуски и накрывают сдвинутые столы. Вмещаемся, хоть и кое-как. После двухчасовой подготовки и ожидания заказанных закусок, потому как кухня ресторана на такое не рассчитана, рассаживаемся, не чокаясь выпиваем за павших и…