— Видите ли, Сергей Петрович, получилось так, — и Алина пересказала слово в слово придуманную для соседки историю о забытом коте.
— Понятно, не повезло вам, — посочувствовал Воронков. — А зачем вам вообще понадобилось меняться квартирами?
— Это не совсем обмен. На бумаге я купила квартиру у Поповой, она у меня. А в реальности получилось так: я ей доплатила, и мы переехали. Я к ней, она ко мне.
— А чем вас эта квартира не устраивала? Хорошая, светлая, потолки высокие.
— Видите ли, Сергей Петрович, мне хотелось квартиру попросторнее.
— Еще?
— Да, еще. Мой муж — профессор, ему нужен кабинет. А тут Людмила подвернулась с обменом. Ей было дорого платить за свою квартиру, а эта намного меньше ее старой, и платить бы ей пришлось соответственно меньше, — доходчиво объяснила Воронкову Алина.
— Вопросов нет. А теперь по какому адресу проживаете? — спросил капитан.
— Проспект Маяковского пять, квартира шесть.
— Не наш район, — мне показалось, с облегчением произнес Воронков.
— Скажите, пожалуйста, Попова сама вскрыла себе вены?
— Марина Владимировна, все на то указывает. Если вам больше нечего сказать, вы можете быть свободны.
— Да, да, всего доброго, — поторопились мы проститься с Воронковым и выскользнули за дверь.
Алина остановила машину перед моим подъездом.
— Не хочешь подняться, с Санькой пообщаться?
— Повидаться хочу и с Санькой, и с Ромкой, но не хочу присутствовать при семейном скандале.
— Ты думаешь, Олег уже дома?
— Еще как думаю, — она указала на темный силуэт, видневшийся в окне. Олег стоял, опершись руками на подоконник, явно карауля меня.
— А времени-то сколько?
— Без четверти семь.
— Ого! Может, все-таки поднимешься?
— Боже избавь. — Алина захлопнула за мной дверь и поторопилась смыться, оставив меня на растерзание голодному супругу.
Не знаю, может быть, есть такие мужья, которые на пустой желудок ведут себя смирно, в рамках общепринятых норм: ногами не топают, кулаками по столу не стучат и семейных скандалов по поводу неприготовленного ужина не закатывают. Мой же муж, почувствовав малейшее чувство голода, превращается в хищника, первобытного человека, способного за кусок мяса перегрызть горло соплеменнику. Это, конечно, шутка, но только наполовину. Входила я в свой подъезд с тревогой. Олег не тот человек, чтобы голодным выслушивать мои объяснения.
«Как назло, в холодильнике нет ни одной пачки пельменей. И колбаса, по-моему, тоже закончилась. Жарить картошку? — рассуждала я, поднимаясь на свой этаж. — Пока почищу, пока пожарю, он не дотянет — умрет в голодных судорогах. А дети? Надо было им позвонить, предупредить. В конце концов, мы же с Алиной не предполагали, что полиция надолго нас задержит».
С самыми дурными предчувствиями я нажала на кнопку звонка. Вся многочисленная на сегодняшний день моя семья вышла меня встречать: Олег, Аня, Санька, Бобби и чуть дальше, держа дистанцию, Ромка. Выстроившись в цепочку, они безмолвно, с укором смотрели на меня.
— Ждете? — как ни в чем не бывало улыбнулась я.
— Ждем, — хмуро подтвердил Олег.
— Наша мама пришла… — запела Анюта.
— Ничего не принесла, — продолжил мой муж, оценив размер моей сумочки, в которой может поместиться разве что кошелек и расческа.
— Да, — гордо подтвердила я и выдала своевременно пришедшую мне в голову идею. — Потому что сейчас мы идем или в «Макдоналдс», или в «Пиццерию», или в кафе, которое открылось через дорогу. Дети, одевайтесь.