Прочіе, посмѣтливѣе, вникая въ духъ времени, пользовались случаемъ, схватывали на лету сердца, блуждающія безъ цѣли, и были довольны собою.
У дверей залы, при входѣ въ буфетъ, на высшей эстрадѣ, сидѣла неподвижно черная маска. Только по сверкающимъ глазамъ можно было угадать, что она слѣдила кипучее движеніе бала и наблюдала за проходящими. Кто-то за дверьми сказалъ:
— Здравствуй, Н — нъ.
Маска встала.
Н — нъ разговаривалъ съ однимъ школьнымъ товарищемъ и бранилъ маскарадъ. Для удовольствія бранить, онъ бывалъ на всѣхъ маскарадахъ, пріѣзжалъ одинъ изъ первыхъ, уѣзжалъ одинъ изъ послѣднихъ; нерѣдко тамъ ужиналъ и, послѣ каждаго маскарада, писалъ безсмертные стихи въ альбомъ смертныхъ красавицъ.
— Алеко! — сказала маска, слѣдуя за нимъ и грозя пальцемъ.
Н — нъ остановился, окинулъ маску проницательнымъ взоромъ, покачалъ недовѣрчиво головою, взялъ товарища подъ руку и, поклонившись, довольно сухо сказалъ маскѣ:
— Я, кажется, тебя не знаю.
— Неблагодарный! — .произнесла маска дрожащимъ голосомъ. — А я тебя такъ давно знаю!.. такъ давно люблю!
— Вѣрю. Только врядъ ли мы когда встрѣчались?
— Напротивъ. Мы рѣдко когда разстаемся.
— Въ самомъ дѣлѣ? Гдѣ же мы видимся?
— Вездѣ, гдѣ ты бываешь!
— Напримѣръ?
— Я слѣдила за тобой на Кавказѣ, провожала тебя въ Бессарабію, была…
— О! понимаю; ты говоришь о моихъ сочиненіяхъ….. Многія красавицы дарятъ меня такими свиданіями; но отъ нихъ мнѣ мало проку. Прощай. Въ другой разъ перемѣняй голосъ, ежели хочешь обманывать.
Маска содрогнулась.
— Вотъ скучная маска! — сказалъ Н — нъ, отходя къ своимъ товарищамъ. — У ней даже нѣтъ маскарадной сноровки. Вздумала прельщать моими сочиненіями… Пойдемъ, князь; быть можетъ, встрѣтимъ что-нибудь поинтереснѣе.
— Постойте, Алеко, — сказала маска, не отступая отъ него.
— Какая неотвязчивая! — произнесъ Н — нъ, однакожъ оборотился.
— Я имѣю къ вамъ препорученіе, важное дѣло, — продолжала маска, понизивъ голосъ.
— Маскарадное? — спросилъ Н — нь, хитро улыбаясь.
Маска лукаво кивнула головой.
— Это дѣло другое. Изволь, я слушаю.
Съ этимъ словомъ, опустивъ руку товарища, Н — нъ пошелъ съ маской.
— Вы поэтъ?
Дурное начало, подумалъ Н — нъ, сожалѣя, что дался въ обманъ.
— Вы человѣкъ съ душой?
— Ты хочешь сказать, съ душой для хорошенькихъ масокъ? О, съ большой душой!
— Александръ! Здѣсь идетъ дѣло не о маскарадной интригѣ, а о жизни и смерти.