- …огромное место силы. Эфирная воронка и аномалия в одной бутылке. Мда, нарасследуешься тут у вас. – Френн хрустнул костяшками пальцев. – А вообще интересно получается. Предположим, что тот, кто покушался на вас – один из членов отряда. Тогда это похоже на какой-то дурацкий акт отчаяния: амулет привлекающий Других висел, конечно, на окне у Харта, это верно. Но ведь он мог привлечь и такую тварь, что сам убийца оказался бы просто размазанным по этой живописной полянке… Фигаро, я же правильно понимаю, что этот, как вы его называете, «манок» не избирателен? Не нацелен на…
- Да, господин Френн, я понимаю, что значит «не избирателен», благодарю… Но да, вы совершенно правы. Как я уже говорил, это просто фонарик. Однако я понимаю, к чему вы ведёте. Потому что если вынести нашего убийцу туда, за стены дома, то всё становится плюс-минус понятным: в этом случае судьба остального отряда его волновала бы куда меньше. Просто тут вот какая штука: допустим, тот, кто хочет убить Харта действительно там, снаружи. Но почему тогда он не повесил на дом, скажем, три амулета с разных сторон? Или пять? Почему банально не подпёр входную дверь снаружи бревном? Эти несколько секунд могли решить очень многое. Да что ему мешало прицепить на окно Харта алхимическую бомбу, в конце концов?
- Нашему убийце убийства явно в новинку. – Инквизитор хмыкнул, достал откуда-то кусок сухого печенья, осмотрел его со всех сторон, сдул невидимую пылинку и съел. – Но откуда он узнал, что Харт собирается спать именно здесь? В отдельной комнате?
- Колдовство?
- Мы бы почувствовали применение внешнего сканирования. Стены дома хорошо защищены, поэтому тому, кто попытался бы узнать, что происходит в доме, пришлось бы поднажать.
- То есть, это один из них? – Фигаро кивнул головой на дверь, из-за которой доносились стоны Зойзы.
- Или мы не видим всей картины и упускаем что-то важное. Но давайте подведём некий промежуточный итог. Итак, мы имеем дело с непрофессионалом. Это дилетант, убийства для которого явно в новинку, но при этом настроен наш дилетант решительно. Он пробует разные методы, но всё, что связано с оружием получается у него паршиво. Убийца не умеет соорудить простейший самострел и он паршивый снайпер. Так что это не Зойза.
- И не Тиккер. – Харт чуть усмехнулся. – Этот пострел точно прибил бы меня в кабинете. И на самострел он бы не разменивался. В его случае это была бы адская машинка или пружинная сеть-лезвие. Или еще какая-нибудь изощренная механическая гадость.
- Тогда из отряда остаётся Сайрус. Вот только не этого ли хочет убийца – чтобы мы так подумали? Он как бы говорит нам: «смотрите: я не умею стрелять, я не алхимик, значит, я колдун».
- Сайрус алхимик. И хороший алхимик. – Харт помотал головой. – Уверяю вас, на яд за три медяка он бы не разменивался. Вот только существа миролюбивее Сайруса вы на всей земле не сыщите. Однажды он где-то нашел сову с перебитым крылом, так, поверите ли, выхаживал птичку почти год. И я не знаю, как он стреляет, ни разу не видел. Но револьвер у него есть.
- Колдун, Харт, мог бы убить вас и менее изысканным способом. Просто перекрыть вам дыхание во время сна, или банально шваркнув молнией. Но так-то Сайрус подходит неплохо.
- Ну… – Френн усмехнулся, – я бы не сказал, что Сайрус вообще способен кого-то убить. Он мягкий, чтобы не сказать – тряпка. Такие люди убивают только в одном случае: если их загнали в угол, и другого выхода уже нет. Я помню, как я его задерживал: у Сайруса была масса возможностей оторвать вашему покорному слуге голову, но он этого не сделал. Точнее, не попытался – со мной бы его штучки не сработали. – Инквизитор надменно поджал губы.
- Подойдём к вопросу с другой стороны. – Следователь, которому надоело сидеть на месте, вскочил на ноги и принялся бегать по комнате туда-сюда. – Предположим, кто-то заплатил одному из этих троих – Сайрус, Тиккер и Зойза – кругленькую сумму, дабы они вас прикончили. Кто на такое пойдёт?
- Дьявол! – Френн ударил кулаком по раскрытой ладони. – Эта идея должна была прийти в голову мне! Но да, Харт, как насчёт убийства за деньги? И не отвечайте вот так сразу. Поверьте, деньги бывают разные.
Интересно, подумал Фигаро: траппер не отмахнулся от этой идеи сразу же. Не скорчил рожу, выдав нечто вроде «да бросьте, я полностью уверен в своих людях!», а подпёр кулаком подбородок и задумался.
Думал он минуты три. После чего бесцветным голосом произнёс:
– Зойза. Из этих троих только он способен на нечто подобное. Он простоват на вид, но, поверьте, далеко не так прост на деле.
- Это мы уже поняли. Просто так Королевскими лесничими не становятся.
- Да, всё правильно. Зойза верой и правдой служил Их Величествам, пока в одном из заказников находившихся в его ведомстве не грохнули какого-то крупного столичного чинушу, а другой столичный чинуша обвинил в этом Зойзу. Мол, лично видел, как тот застрелил уважаемого господина-как-там-его-звали из ружья.
- И Зойзу… сослали сюда?
- Нет. Дело развалилось за недостатком улик. Было просто слово столичного фанфарона против слова Королевского лесничего. В Столице этого, возможно, оказалось бы достаточно, но Величество Тузик добились, чтобы Зойзу судили в его родном городке, а это, чтоб вы понимали, в Закудыкинской губернии. Там столичных павлинов не очень любят – ни судьи, ни присяжные. С Зойзы сняли все обвинения, но на службу он вернуться не пожелал. Сам приехал на Хлябь и некоторое время, со слов местных, занимался охотой за головами. Лично доставил капитану Швайке тело Тихона-Свистуна – разбойника, терроризировавшего трапперов-одиночек в здешних лесах. Так что опыт убийства за деньги у Зойзы есть. Я не думаю, что его кто-то подкупил, если честно. Но Зойза… Никогда не поймешь, что у него на уме. Он как медведь: будет ластиться к вам, и отрывать вам ноги с совершенно одинаковым выражением морды.
- Ясно. – Следователь обескураженно вздохнул; он, всё же, надеялся, что Харт разродится более полезной информацией.
- Ясно что ничего не ясно. – Подытожил инквизитор. – Кроме одного: вы взяли нас на эту охоту не просто так, а именно как представителя Инквизиции и ДДД. Просто сказать было нельзя?
- Вообще-то, мне нужны были колдуны. Именно колдуны и именно для охоты. А вам был нужен проводник. И, как понимаю, нужен до сих пор. Так?
- Ну, так.
- А что до моей… м-м-м-м… проблемы… Я так подумал: будет нелишним, если рядом со мной будут представители закона. Ну, просто на всякий случай, понимаете? И, если честно, я не думал, что в походе, за границей обжитой Хляби, мне угрожает какая-либо опасность, кроме обычных для таких мест. Не думал, что убийца потянется за мной… А теперь, когда существует вероятность, что убийца – кто-то из моего отряда, мне и вовсе дурно.
- Стоп! – Инквизитор поднял палец. – Одну минуточку! Харт, давайте рассуждать трезво. Первое: ваши мотивы лично мне, в целом, понятны. Да, я нахожу ваше поведение необдуманным и отчасти эгоистическим, но понятным. Ничего не поменялось: нам всё также нужно к Белой вершине, а вам – сопровождающие-колдуны. Идём дальше: нас шестеро и мы точно знаем, что ни я, ни господин Фигаро не горим желанием вас прикончить… ну, пока, по крайней мере. Таким образом, у нас трое подозреваемых, плюс шанс на то, что за нами крадётся гипотетический душегуб. Но я в это не верю. Убийца – там, в соседней комнате.
- Почему вы так думаете? – Фигаро слова Френна так заинтриговали, что он аж приподнялся на цыпочки.
- Там, за стенами, ночью мог бы выжить либо очень хороший охотник, либо сильный колдун. Человек, способный в одиночку противостоять северному лесу и всему, что к нему прилагается. Это не недоучка, не умеющий снарядить ловушку с самострелом или прикончить вас, Харт, выстрелом через окно. Это должен быть матёрый хладнокровный убийца; единственной причиной тащиться за вами сюда для него стала бы неудача в городе, а таковой бы он не допустил.
- Тогда это не Зойза.