И вот ее рот оказывается на моем. Ее сладкий ванильный запах захлестывает мои чувства, мягкого прикосновения ее губ достаточно, чтобы я застонал, а когда ее рука касается моей щеки, мир вокруг меня исчезает. Я теряюсь в ее вкусе, в ее ощущениях. Кровь в моем теле устремляется на юг, напрягая член и заставляя голову кружиться.
Звук сирены поблизости возвращает меня к реальности, и я, спотыкаясь, отхожу от нее, мой пульс гулко бьется.
— Мы не можем, Вайолет.
Мой голос — отчаянный хрип, которого я никогда раньше не слышал, но я едва держусь. Я тянусь к единственной вещи, которую, как я знаю, хороший парень сказал бы в таком положении. — Ты пила.
Она раздраженно хмыкает.
— Я выпила полбокала вина. Я вряд ли пьяна, Кайл. — Она смотрит на мой рот, ее грудь вздымается и опускается от учащенного дыхания. — Я знаю, чего хочу, и я устала от того, что со мной обращаются как с ребенком.
Она расправляет плечи, поднимая свой темный взгляд на меня.
— Я взрослая женщина. — Ее голос становится придыхательным, а глаза умоляют меня. — Пожалуйста, обращайся со мной как с женщиной.
Я делаю шаг ближе, намереваясь положить этому конец, но не могу. Не знаю, из-за чего — романтики этого сада, тайны темноты или из-за того, что я очень слабый человек, но я снова целую ее.
На этот раз как следует.
21
Вайолет
Меня никогда не целовали до этого момента. Я думала, что целовали, но я очень, очень ошибалась.
Рот Кайла скользит по моему, его язык раздвигает мои губы. Когда он проникает в мой рот, в кровь устремляется жар, заставляя мои ноги дрожать, а бедра сжиматься от потребности.
Я обхватываю его за шею и притягиваю к себе, отступая назад, пока не оказываюсь прижатой к кирпичной стене. Из глубины его горла вырывается низкий стон, когда мои руки проникают в его волосы. Его кулак переходит на мой хвост, и я задыхаюсь от его дыхания. Ни один мужчина никогда не делал этого раньше, и мне это чертовски нравится.
Я чувствую его жар через рубашку — черная футболка идеально сидит на нем, облегая все нужные места, а на бицепсе виднеется татуировка. Не я одна думаю, что сегодня он выглядит чертовски сексуально. Я заметила, как несколько женщин разглядывали его внутри, и ненавидела каждую секунду. Я хотела занять свою территорию, отвлечь его от толпы и присвоить все его внимание себе.
Миссия выполнена. Не могу поверить, что он целует меня — позволяет себе целовать меня вот так. Как человек, который думает, что это его последняя ночь в жизни. Мужчина, чье время на исходе.
Я опускаю руки к его заднице, притягивая его к себе. Твердый член упирается мне между ног, и я стону, бесстыдно трусь о него, отчаянно нуждаясь в трении. Он такой твердый для меня, что мне хочется плакать.
Его поцелуй становится глубже, длинные движения его языка по моему, бешеный стук зубов и дыхание, когда он точит свой член об меня, одной рукой дергая меня за волосы, а другой опираясь на стену надо мной. Я не могу дышать, и меня это устраивает. Я буду счастлива умереть вот так.
К счастью, Кайл вновь обретает контроль над собой и отрывает свой рот от моего. Я задыхаюсь, когда его губы двигаются вдоль моей челюсти, вниз по шее, ниже уха. Его борода грубо царапает мою ключицу, по коже бегут мурашки, заставляя все нервные окончания загореться в моем теле.
— Я хотела этого с того дня, как мы встретились, — задыхаюсь я, дрожа, когда его губы пробираются к моему плечу.
Он мрачно усмехается, касаясь моей кожи. — Ты не единственная.
Я беру его лицо в свои руки, заставляя его взгляд перевести на меня. Надеюсь, он видит, насколько я смирилась с этим — более чем смирилась. Мои трусики промокли насквозь, я такая мокрая и готова к нему. В этом саду темно. Мы одни. Будет ли безумием с его стороны задрать мою юбку, расстегнуть молнию на джинсах и трахнуть меня прямо здесь? Сейчас я нуждаюсь в этом больше, чем в воздухе.
Словно прочитав мои мысли, его рот кривится в грязной ухмылке. Его рука скользит вниз, зацепляя мое бедро за его бедро, давая ему лучший доступ.
— Ооооо, — стону я, упираясь в твердую поверхность его ширинки, и голова кружится от желания. Каждый толчок его бедер приближает меня, мой рот находит его шею и посасывает мягкую кожу под его бородой. Его лесной, земляной запах заполняет мои ноздри, когда я прижимаюсь к нему, обхватывая руками его спину, так высоко, что мне никогда не захочется спускаться.
— Да, черт возьми, милая. — Голос Кайла — грубое рычание в моем ухе. — Кончай на меня.
Что-то в его приказе подталкивает меня к краю. — О Боже, кажется, я собираюсь…
Свет заливает сад, и Кайл отступает назад. Я натягиваю юбку на место, мои щеки пылают, пока я пытаюсь осмыслить происходящее. Я не заметила, что музыка остановилась; люди выходят из театра с напитками в руках, возбужденно переговариваясь. Должно быть, группа закончила свое выступление.
Я бросаю взгляд на Кайла, сердце бешено колотится, пока я пытаюсь перевести дыхание. Он незаметно поправляет свою промежность, его поза неловкая, он отказывается встретить мой взгляд. К счастью, никто, кажется, не заметил, чем мы занимались, но меня это не волнует. Меня волнует только то, что Кайл не хочет на меня смотреть. Темный румянец на его щеках, то, как он стыдливо опускает голову.
Вернись ко мне, — хочу я прошептать ему. Я хочу снова притянуть его к себе и уткнуться лицом в его грудь, провести рукой по его спине и сказать, что мы не сделали ничего плохого. И я могу. Мы никого здесь не знаем. Но язык тела Кайла говорит мне, что не стоит к нему приближаться.