— В любом случае, возьми его на шоу. По крайней мере, вы повеселитесь, и, надеюсь, после этого он с радостью напишет для тебя рекомендацию.
— Хорошо, — соглашаюсь я. — И спасибо, Сэди.
Теперь осталось придумать, как его попросить.
20
Кайл
Хорошо, что после вчерашнего вечера я могу побыть в доме без Вайолет, это шанс привести себя в порядок и сосредоточиться на работе. Я провожу утро, помогая ребятам возводить каркас спальни на втором этаже, и не замечаю, что Вайолет вернулась, пока через несколько часов не отправляюсь на ланч.
Я нахожу ее на тротуаре, оценивающей передний фасад здания. На следующий день или около того запланирована установка строительных лесов, чтобы восстановить раствор и кирпичную кладку, и я полагаю, что она проверяет, готово ли помещение к этому.
— Привет, — говорю я, спускаясь по ступенькам на полуденное солнце. Жара обволакивает меня на тротуаре. В Нью-Йорке лето не проходит даром, и дни стоят палящие. В такие дни, как сегодня, я скучаю по своему дому у озера.
Вайолет смотрит на меня. Она снова в джинсовых шортах, свободная футболка свисает с одного плеча и завязана на талии. Это самый простой наряд, но в нем она выглядит как богиня. Чего бы я только не отдал, чтобы и она почувствовала себя таковой.
Стоп.
— Привет. — Она неуверенно улыбается мне. — Я просто проверяю, готовы ли мы к строительству лесов.
Конечно, она готова. Всегда на высоте.
— Хорошо. — У меня заурчало в животе, и я повернулся, чтобы отправиться на обед, но потом вспомнил. — Ты слышала что-нибудь от Оуэна? Рич спрашивал сегодня утром об оценке.
Она поднимает бровь. — Этим утром?
— Мы играли в рокетбол.
— Ах. — Она кивает, а затем поджимает губы, что я нахожу таким очаровательным. Она не отвечает на мой вопрос, и у меня закрадывается подозрение.
— Ты ничего не слышала о нем?
— Э-э… — Она смещается. — Да, получила.
— И? Мы получили оценку?
— Пока нет.
Я сужаю глаза, мне совсем не нравится, к чему все идет. — Тогда зачем он с тобой связался?
Она опускает взгляд на свои туфли и складывает руки. — Эм… он пригласил меня на свидание.
Я знала, что это произойдет, но это все равно похоже на удар в живот. Я сжимаю и разжимаю кулаки, стараясь не выйти из себя. Потому что почему я должен это делать? У меня нет к ней никаких претензий.
— Верно, — говорю я сквозь стиснутые зубы. У меня болит челюсть, и я понимаю, что сильно ее сжимаю. Я делаю глубокий вдох, аппетит пропал.
Я не хочу, чтобы она встречалась с ним. Это совершенно неразумно, учитывая, что я не намерен ничего с ней делать, но я все равно не хочу, чтобы она была с ним.
Я не хочу, чтобы она была с кем-то.
— Я не собираюсь говорить "да", — мягко говорит она, глядя на меня.
Хорошо. Хорошо. Оставь это.
Но по какой-то причине я чувствую необходимость сказать: — Если хочешь, можешь.
А потом я отчаянно надеюсь, что она, вопреки всему, скажет, что не хочет.