— Вы, конечно, изменили мой мир; перестроили его под себя, но это не надолго. Скоро окрепнут Собратья… Хотя тебе этого знать не обязательно… — Спокойно рассказал Тулос Мдам. Очередной выпендрежник. Мне уже не нравиться это. Ну вот какой злодей станет посвящать в свои карты антагониста? Кто писал сценарий этого места!? Дайте я ему всеку! Нет, серьезно. Что за дешевое Аниме.
«А ты не думаешь, что такой серьезный Голос — или как ты его там окрестил? — Тулос не может просто так ошибаться. Посмотри: это явно ход какой-то его игры. То он серьезно и безэмоционально тебе что-то говорит, а тут батс «случайно» сливает часть инфы. Явная постанова. К тому же — могу поспорить он уже догадался, что ты понял. На это он тоже рассчитывает, я уверен.»
Голос подтвердил мои внутренние мысли. Просто все было бы гораздо лучше, если бы сейчас передо мной был фальшивый, плохо прописанный злодей без интересной истории. Таких редко наделяют силой и властью.
— Я не люблю убивать. На самом деле не так много существ, которые любят это делать. Даже боги. Но я люблю устраивать испытания. И обращать все в свое русло. Вот тебе первое мое испытание. Говорят, что самая сильная борьба — борьба с самим собой.
«Что несет этот чудак, отказывающий показываться? Серьезно!? Чепуха какая-то. Не знай я, что скорее всего со мной сейчас говорит существо довольно сильное — за сумасшедшего принял бы.»
— Поэтому, вот мое первое испытание: бой с самим собой. Наслаждайся. — Смысл слов прогремел гораздо громче, чем они сами. А вместе с ними — противник появился прямо передо мной. Одетый в балахоне, с небольшим посохом в левой руке; сжимая в правой светящийся фиолетовым камень. За капюшоном я увидел самого себя, вернее свою точную игровую копию. Даже его мимика, кажется не особо отличалась от моей сейчас. Я буквально будто бы стоял перед своим прифотошопленным к реальности отражением.
«Так. — Размышлял я. — Как будем действовать. Нужно обдумать тактику. Просто силой или умением самого себе не взять. Ага. Предположим я сейчас на всю ману оздам какое-нибудь атакующее заклинание. Но вторая «половинка», если она полностью идентична мне, то она подумает так же как и я создаст щит. … получается уже не создаст, потому что она поймет, что понял я, что она… в общем, что я не стану атаковать. Глупая ситуация получается. Очень. — Прошло не больше мига, но я мысли уже завели меня в дебри подсознания. — А если она, копия, не полностью идеальна. Скажем, в ней есть какая-то ошибка или, не знаю, в нее специально запихнули семя зла, то я просто обязан себя буду защитить. Предохраняться нужно в любом случае.»
«Это ты верно заметил.» — Втиснулся в размышления Голос.
«Да иди ты! Не видишь у меня тут жизненно важное испытание, а ты меня тут отвлекаешь!? Иди выпей яду, может поможет. Желательно через окно выходи и не мешай мне думать. Так. На чем я остановился. Если он агрессор, то явно нападет и, скорее всего первым. Ибо я не буду нападать. Зачем воевать с самим собой? Даже если испытание не слышал, чтобы этот странный Тулос что-то говорил про победу убийство и прочее; а из этого всего исходит, что ну его нафиг… Даже думать не хочу о том, что я могу быть копией себя настоящего и не подозревать об этом. Ужас. Так. В общем, темный щит на половину маны, подкрепленный щитом из божественного аметиста должен сдержать любую атаку моего уровня. Три. Два. Один. Выпуск маны!»
Два магических щита, поблескивая матово-черным покрыли землю. Их края находились на расстоянии нескольких метров друг от друга и зрелище сбоку выглядело бы поистине удивительным я уверен: два абсолютно одинаковых мага в один момент, не сговариваясь проводят своими черными скипетрами по воздуху, очерчивая окружность. В пространстве остается висеть черная полоска, трещащая от маны и повелители стихий, гремя своими черными балахонами разбивают черную линию, и силовое поле, которое привычно нам из игр, сериалов и фильмов возникает «как по волшебству», распространяя лишнюю ману вокруг себя, разбрызгивая ее.
Определенно удивительное зрелище. Та синхронность, которой позавидуют даже самые профессиональные синхронистки делала наше «выступление» поэфектней любого дракона.
— Не будем выяснять кто из нас настоящий. — Единовременно произнесли мы. Думаю, можно было бы рассмеяться, но не сейчас.
«Пожалуй, мы можем общаться и не говоря ничего вслух. Кивни если согласен.»
Мы оба кивнули. И вновь одновременно.
«Так. Даже если мы одинаковые, то стоит лишь рассинхронизировать циклы, как мы уже будем думать по разному… Иначе говоря нужно поставить в разные ситуации. Что у него за спиной. Хотя нет. «Что» определенно не подойдет — здесь везде деревья. Лучше «какого оно цвета». Да. Ай да умный я. Или все же «мы»? Не важно.»
— Черный.
— Желтый.
Сказали мы синхронно и столь же синхронно улыбнулись.
Не долго нам дали радоваться победе — через какую-то секунду двойник, стоявший передо мной, улыбающийся моей самой честной и самой дружелюбной улыбкой, пропал.
— Отлично. Оправдал ты звание согласного с собой. — Заговорил вновь Двуголос. — Редкий люд проходит это испытание. Еще реже — так спокойно и четко. Но первый раз вполне могло сыграть везение. Звук с тобой, а во тьме глаза скоро ночь прийдет, увидешь ты истоки зла.
«Очередные загадки. Как думаешь, Голос. Что бы это огло означать?»
Вторая личность (или что это? Пока оставим этот вопрос без ответа)решила остаться молчаливой и немногословной. Вот и так каждый раз — когда нужен его совет, он прячет голову в песок.
— Доброе утро. — Промурлыкала спросони Пентиель.
— Ну… это как посмотреть. — Выдохнул я и уже было хотел рассказать Пентиель все, но потом решил ее не беспокоить. Она еще совсем ребенок. Не зачем ее пугать лишний раз. — Как спалось.
— Знаешь, я конечно долго не могла уснуть ихз-за этого… из-за тих звуоков, но потом я провалилась в такой сладкий сон. Представляешь, мне снился твой мир. Все как ты рассказывал — большие стеклянные дома, каменные дороги и мосты, удивительные ма-ши-ны из железа; все в огнях… А еще там был ты. Ты держалл что-то в руке, и что-то кричал…
— Не назвал бы это сладким сном… — Выдохнул я. — Хотя, впрочем, главное, что ты выспалась. Все остальное не столь важно.
Пентиель как-то странно на меня посмотрела, но ничего говорить не стала. Я тоже решил не развивать разговор. Утром иногда бывает лучше помолчать, особенно если утро начинается вот так: странность на странности и странностью помыкает. Хотя, если быть честным в последнее время я к ним, странностям, все больше и больше привыкаю. Может, у нас, в нашем мире тоже одни странности, только для нас они стали обыденностью? Может мы настолько привыкли к чудесам наших компьютеров, нейротехнологий, искусственным системам анализа, машинам в конце концов, что перестали замечать искорку настоящего чуда в них? Наверное да.
За этими размышлениями я и не заметил как Пентиель самостоятельно свернула большую часть наших ночных ловушек. «Скоро совсем самостоятельная станет.» — Радостно подумал я.
— Что хотим на завтрак? — С ухмылкой спросил я.
— А сегодня есть выбор? — Наивно спросила Пентиель.