— Я и забыл, насколько яркими бывают цвета, как объёмны предметы, — говорит он тихо. — Послушай, Мих, хотя сейчас у меня нет ни денег, ни влияния… если есть или когда-либо появится что-то, что я смогу для тебя сделать — только скажи. Исполню все, если это будет в моих силах. А если не в моих силах, то стану сильнее и исполню. Или погибну, пытаясь. Слово Высшего.
— Слово Высшего? Принято, Арне.
— Ты понимаешь, что равного тебе по силе целителя не было уже несколько поколений? Поверь мне, уж я-то искал, искал всю свою жизнь.
— Это, конечно, весьма впечатляет. Подумаю, что мне с этим делать. А теперь нам пора. Банкет, должно быть, уже в разгаре.
Глава 12
Крик Вишни
Банкет действительно в разгаре — это становится ясно еще на подходе к корпусу, где располагается зал приемов. Какое-то тело самозабвенно блюет в розарии. Неподалеку кусты колыхаются в характерном ритме… и не только в одном месте. Ладно, будем надеяться, еще не все благородное общество успело назюзюкаться в хлам.
В банкетном зале меня встречают разоренные закуски и разрозненные группки людей, поглощенных беседами о чем-то своем. Пытаюсь отыскать в толпе барона — не то чтобы по нему соскучился, но он может представить меня нужным людям. Однако внимание мое привлекает другой человек — женщина. Она говорит что-то вроде бы негромко, но с десяток аристократов столпились вокруг и ловят каждое ее слово. Почувствовав мой взгляд, она оборачивается, смотрит на меня, слегка улыбается и неторопливо идет в мою сторону.
Моя рука непроизвольно сжимается в кулак. Это та самая стерва, которая чуть не убила меня мимоходом по дороге из села в городок.
— Мы где-то встречались? — голос у нее глубокий, грудной.
— Едва ли.
— Жаль. Но не буду лукавить, я слышала о вас, вы — тот самый необыкновенный новый целитель. Нарушу этикет и представлюсь первая… правила ведь придуманы для того, чтобы их нарушать, верно? Я Симона. Внучатая племянница графа Нагеля. Не то чтобы это было во мне самым интересным, но вам все равно обязательно доложат, и я решила опередить сплетников.
Она улыбается, и я словно бы проваливаюсь в ее глаза. Мерзавка невыносимо красива! Ее грудь высоко вздымается под платьем… надо немедленно разорвать чертово платье, освободить это чудесное тело из плена одежды, впиться губами в нежную шею — сюда, где так яростно бьется голубая жилка! Схватить ее, овладеть ею прямо здесь и не отдавать никому!
Та-ак… Не мои это желания. Дамочка, похоже, воздействует на меня. Гляну-ка через Тень… точно, от нее ко мне струится интенсивный поток искр. Одним движением обрываю его.
— О, простите, — стерва нисколько не смущается. — Надеюсь, вы не станете обижаться на слабую глупую женщину. Вы необыкновенно привлекательны, и я замечталась, потеряла контроль… Это вышло непроизвольно.
— Ах, оставьте, Симона, — обворожительно улыбаюсь. — Вам вовсе не нужно колдовать, чтобы приворожить любого мужчину. Фамильное умение?
— Да что вы! Часть общей академической программы для девочек. Я просто преуспевала в этом предмете.
Кто бы сомневался.
— Вот ты где, Мих! Всюду тебя ищу, — барон подходит ко мне в сопровождении верного Кея. — А ты, я смотрю, не скучаешь! Представь меня даме!
— Это лишнее, — Симона смеется, запрокинув голову. — Я и сама могу представить себя. Тем более что между нами уже есть связь. Это же твой сын, Александр, послезавтра сойдется на турнире с моим кузеном.
— Ах да, — при напоминании о сыне и предстоящем ему бое барон чуть хмурится. — Но ведь распределение дуэлянтов еще не было объявлено…
— Граф Нагель всегда все узнает первым.
Так, выходит, наш скромный юноша Кир сойдется в поединке с тем самым гламурным блондинчиком, который навел шухер на лекции… скверно. На месте барона сделал бы все, чтобы не допустить этого боя. Но барона, похоже, куда больше интересует содержимое декольте Симоны, он склонился к ее ушку и жарко шепчет что-то, а она хохочет, запрокинув голову.
В дальнем углу зала раздается шум. Визжат дамы, падает стол.
— Й-а в-вам п-покажу! — орет пьяный мужской голос. — Й-а в-вам всем еще п-п-окажу!
Ясно, какой-то благородный хрен допился до положения риз. Его пытаются успокоить, но он отпихивает всех от себя, вскидывает к потолку руку и выпускает россыпь огненных шариков.
Так, что же это, аристократы могут колдовать даже вдребезги пьяными? Канис пенсис нострагенус! Не спалил бы тут всех этот придурок! Вот это будет нелепая смерть…
Кей вскидывает руки, быстро шепчет что-то… Смотрю через Тень: от его рук в сторону пьяного идиота стремительно катится лазоревая волна, обволакивает его ауру и приглушает все цвета в ней. Выныриваю — алкаш продолжает воздевать к потолку руки и орать что-то бессвязное, но никаких огненных шаров больше не выпускает. Его выводят.
— Уфф, успел, — Кей вытирает ладонью лоб.
— Впечатляет, — признаю. — Что это было?
— Фамильное заклинание. «Крик Вишни» называется.