Морозных степей дочь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Что ты трясешься, аки енот в кустах?! Бесишь. Короче, я сама разберусь.

— Да ты хоть правила знаешь, дикая лисица? — шепнул он, склонившись.

— Я премудрая снежная лиса! Повадки вашего племени мне, к сожалению, знакомы. А еще раз назовешь меня дикой — пожалеешь, — она ткнула указательным пальцем ему в лоб, отодвигая подальше. — Сиди и не дергайся и, что бы ни случилось, не подходи.

— Да так я тебя и оставлю! — возразил он, но Сольвейг уже вышла из-за стола.

Она прошла по зале, склонилась над столом и с интересом расспросила скотоводов, во что те играют. Мужики неприязненно смерили девку. Та перекинулась с ними еще парой слов, даже пошутила о чём-то. Но усач категорически покачал головой:

— С чужаками метать не сядем.

— Да пусть поиграет молодуха, че, — весело ответил другой. — Всё лучше на щечки румяные поглядеть, чем на рожу твою мосластую! Только, чур, нашими костями, — указал он девчонке. — Чтоб без жулья.

— Рыжая, — буркнул усатый, плюнул на пол и с отвращением присовокупил: — Да девка еще. Кости зашепчет.

— Нешто рыжая так сразу и шептуха? У меня вон тетка рыжая, в Падубе живет. Была б шептуха, поди, побогаче б жила, а у ней из скотины только вошь на аркане проживает в кармане, — загыкал улыбчивый холоп с щербиной в зубах.

— Во-во, слыхала, молодуха? — поддержал третий игрок. — Даждь за стол, поглядим, как метаешь.

— Какой у вас кон? — спросила Сольвейг, пока не усаживаясь.

— А енто у нас всегда по одной четвертинке на круг.

— Не-ет, — угрюмо прогудел усатый. — На шелуху не буду. Она ж твердит, что горазда метать. Знать, по целой копейке будем играть.

«Просто отлично», — покачал головой Рэй, раздумывая, как подруга собирается играть, не имея ни монетки.

Тогда Сольвейг лихо оглядела всех по очереди и жертвой своего обаяния избрала именно усатого. Она обошла здоровяка сбоку, прильнула к нему на грани дозволенного, положив руку на плечо, и наклонилась над ухом.

Выслушав, плечистый скривил толстые губы, хотел было вскинуться в ответ на унизительное предложение да прогнать бессовестную втыкуху, но, опершись на стол, вдруг осмотрел ее снизу доверху. А та и, как нарочно, уложила руку на бедро, деловито выставляя себя напоказ. Тот крепко потер широкий подбородок.

— Костлявая… — еще покривился он, а затем оправил ус да крякнул с плотоядной усмешкой: — Ну, сыграем, — и толкнул по столу несколько монет взаймы.

— Во-хо-хо! — разом воскликнули остальные игроки и рассмеялись: — Ну точно же шептуха, где видано, чтоб Гомза́ кому-то занимал?! Ау, бондарь! Под такое дело неси нам еще травяного.

Бирюльки сгребли в мешок и вынули игральные кости. У Рэя уже заболели глаза, до того пристально он высматривал этот стол. Сольвейг же демонстрировала спокойствие, словно риск проигрыша ее и не заботил. Впрочем, общение с местными ей давалось на удивление легко.

Играть сели вчетвером. Скотовод Гомза большими глотками допил тёмное пиво, перевернул деревянную кружку, треснув ободком об угол и вытряхнув капельки пенного напитка. Он сгреб пригоршню костей в стакан, поколдовал над головой умелыми, энергичными движениями и с силой опрокинул на столешницу. Затертые, пожелтевшие кости со сбитыми уголками показали: 1, 2, 6, 6, 6, 6. Это четыре в ряд. Успешный бросок одобрили другие игроки.

По очереди каждый закидывал шесть костей в стакан и совершал бросок. Один раз разрешалось перекинуть любое количество кубиков. Из получившейся руки следовало собирать комбинации разной ценности; величина значений особой роли не играла. Более детальных правил Рэй разобрать не успел.

Прочие игроки не дотянули до результата усатого, и пришел черед Сольвейг. Та взяла кривоватые кости одной рукой, предварительно ощупав и взвесив каждую, затем крутанула их в стакане. Взгляды игроков и еще пары зевак сошлись на столе. Получилось пять двоек в ряд.

Мужики рассмеялись, кто-то похлопал насупившегося Гомзу по плечу. Тот покачал усами и толкнул скромный банк в виде четырех тусклых монеток в сторону победительницы.

Рэй выдохнул: «Невероятно. Теперь просто уходи!» — сказал он про себя, однако усатый сгреб со стола кости и совершил следующий бросок. Никто и не думал заканчивать, а игра наконец-то пошла с интересом.

Состязание тянулось уже более часа. Хозяин корчмы щедро подносил игрокам пиво, зная, что это лучшее время для продаж. Рыжая играла с переменным успехом, однако под ее рукой всё же скопилась ладошка монет. За столом уже сменились двое игроков, однако Гомза — крепкий усатый муж в синей рубахе-покоснице — не уступил своего места после очередного проигрыша. Всё пристальнее он гляделся наглую девку, каждая победа которой и раздражала, и заводила его.

1, 2, 2, 3, 3, 6 — выбросила Сольвейг — то есть две пары.

1, 2, 2, 5, 5, 3 — у Гомзы тоже две пары.

За столом вновь прошло возбуждение и улюлюканье. Сольвейг потянулась за горстью монет, однако Гомза крепко обхватил ее руку.

— По величине пары, — хрипло проговорил он.

Остальные селяне переглянулись, кто-то неловко почесал бороду, кто-то потупил взгляд.