(не)Человек: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Своих малых заведёшь, вот тогда и будешь мне что-то говорить, — парировала Надя.

— «Дети — это цветы жизни на могилах их родителей», — припомнил Сергей одну, как ему показалось, крайне уместную фразу. — Что-то такое, да?

— Ты даже не представляешь, насколько точное только что дал определение.

Сергей и Надя синхронно рассмеялись, наполнив кабину пускай уже и давно не детским, но по-настоящему чистым и искренним смехом.

— Ох, — наконец переборов себя, с чувством выдохнул Сергей. — Как же я по тебе скучал, Надь. Словами не передать

— Взаимно, Серёж, взаимно, — ответила ему всё ещё посмеивающаяся Надя. — Я тоже очень рада тебя снова видеть. Но губу особо не раскатывай. Будь уверен, не пройдёт и пары недель, как сам же взвоешь о том, насколько я тебя достала, — предупредила затем она.

— Смотри, как бы сама не взвыла раньше, — не остался в долгу Сергей.

— Это вызов? — изогнула Надя правую бровь.

— Только если захочешь, — ответил Сергей.

— Ну хорошо, — хитро заулыбалась Надя. — Посмотрим, кто кого.

— Посмотрим, Надя, — целиком откинулся Сергей на спинку сиденья и прикрыл вновь начавшие тяжелеть глаза. — Обязательно посмотрим.

Глава 2

Лифт остановился, и его двери с характерным звуком разъехались в стороны.

— Слушай, я знаю, что сериал «Чернобыль» — это ложь, пизд*жь и провокация, с реальностью не имеющая почти ничего общего, — пропустив Надю вперёд, продолжал объясняться Сергей. — Назвав я его хорошим, я вовсе не имел в виду историческую достоверность, — сообщил он, выходя на лестничную площадку. — Техническое исполнение, игра актёров, драматическая составляющая, пропаганда, в конце-то концов. Все эти элементы в нём выполнены на высшем уровне, — Сергей поравнялся с Надей у входной двери и прислонился плечом к стене. — Поэтому я и считаю его хорошо выполненным продуктом. Нашим киноделам есть чему поучиться.

— Говно хоть розой назови, вонять оно от этого не перестанет, — не отступала от своего Надя, вставляя ключ в замочную скважину. — И красивая обёртка тут не поможет. Могу согласиться лишь с тем, что наши «творцы», — добавила она в последнее слово изрядную долю презрения, — неспособны даже на такое. Эти испражняются на зрителей, вообще никак своих действий не прикрывая. А «Фонд кино» им в этом только помогает.

Надя открыла чёрную лакированную дверь и первой вошла в квартиру.

— Да ты просто вконец помешалась на советских фильмах и, как старая бабка, ничего нового признавать не хочешь, — заключил Сергей, заходя следом.

Бросив сумку на пол, он присел у тумбочки и принялся развязывать шнурки на кроссовках. Наде с её бежевыми туфлями без завязок и застёжек было проще, отчего она куда быстрее разулась и взяла пару тапок с этажерки для обуви.

— Во-первых, — щёлкнула она переключателем на стене, включая свет в прихожей, — Тарковский — величайший режиссёр всех времён и народов. Во-вторых, в Союзе была хотя бы нормальная цензура, которая откровенный шлак просто не пропускала. А в-третьих, хватает и зарубежных картин, которые мне нравятся. Работы Кубрика, например. Или у Пака Чхан Ука некоторые.

— Так, ну Кубрика я хотя бы знаю. А второй кто? — спросил Сергей, также переобувшись в тапки.

— Корейский сценарист и режиссёр, — ответила Надя, проходя дальше по прихожей. — Отличился своей Трилогией о мести.

— А это не та, в которую «Олдбой» входит? — уточнил Сергей, начав что-то припоминать.

— Она самая.

— Тогда соглашусь, дело своё мужик знает.

Сергей снял ветровку, повесил её в шкаф у входа и зашагал вслед за Надей, после чего они, миновав раздвижную одностворчатую дверь, вышли в гостиную. Несмотря на пасмурную погоду, большое окно в противоположном конце комнаты пропускало достаточное количество света, чтобы включать дополнительный не было необходимости.

Сергей не без удовольствия окинул взглядом свою родную обитель.

— Дом, милый дом, — негромко проговорил он, подходя к обитому чёрной кожей дивану. — А-а, хорошо-то как! — удовлетворённо протянул он, приземлившись задом на диван и разве что по нему не растёкшись.

— Вот теперь я точно вижу, что ты рад вернуться домой, — усмехнулась Надя.

— Словами не передать, — ответил с улыбкой Сергей, глядя в натяжной потолок.

В Германии он, конечно, жил в очень комфортабельных условиях, но свой дом — это всё же свой дом. Пускай до отъезда прожил Сергей в этой квартире всего-ничего, она была именно что его квартирой. Пребывание в ней вызывало особые чувства. А возвращение в неё уж тем более.