— Это эврика — нигилий… вещество в себе! — произнес он.
— Это спасение? — нерешительно спросил Нагель.
Верндт крепко пожал ему руку.
— Спасение и отгадка! Я нашел ее сейчас!
Он указал на пол, на сверкавшие шарики. Они всасывали в себя газ, точно вампиры, превращались в капли, в сборные молекулы, как хорошенькие мячики, притягивали к земле ядовитые нити газа. Фигуры мужчин поднимались теперь над легкими белыми облаками. Все быстрее и быстрее опускалась книзу завеса. Точно в водомере, сразу, на сантиметры, спадая вниз… Облака опускались от головы к плечам, к бедрам, и ниже — к коленям, к щиколотке.
С невыразимым наслаждением вдохнули пленники свежий воздух, удивительно освежавший легкие. Газ поднимался над землей не выше, чем на сантиметр, и, наконец, распался, как угасающая пыль…
— Сверкание прекратилось, — сказал Верндт.
— Как от выстрела рассеивается порох. Загадкам метеора нет конца.
— Загадок больше нет! Теперь все ясно. Звенья цепи соединены. Я все вижу теперь… я вижу конец…
Нагель ожил.
— Так пусть же приходят теперь эти убийцы и коршуны! Мы должны освободиться во что бы то ни стало!
От стен потянуло свежим воздухом.
— А! — произнес Вернд. — Дело идет к развязке.
— Каким образом?
— Разве вы не чувствуете это дуновение? К нам впускают свежий воздух. Все великолепно устроено. Думают, что мы одурманены и очищают помещение от ядовитого газа. Внизу действует, очевидно, какая-то система насосов. Смотрите, теперь ясно видно, как наверху вливается свежий воздух. Очевидно, к нам скоро войдут… чтобы унести отсюда…
— Пусть войдут! — заскрипел зубами Нагель. — Теперь наши руки свободны и у меня есть кинжал.
Инженер с сомнением покачал головой.
— Опасность слишком велика. Нас или поборят или захлопнут дверь и оставят умирать с голоду.
— Чорт возьми! — заворчал Нагель. — Но что же делать? Нам нужно выбраться во что бы ни стало!
— Надо лечь, притвориться одурманенными, дать себя вынести и, когда я крикну «готово», вскочить и быстрее бежать, пока носильщикам не придут на помощь.
С быстротой молнии бросились оба на пол. Они сделали это как раз во время. За дверью зазвенел засов. Потом дверь открылась. Торопливо вошла повелительница индусов. Она была одна. Закрыв за собой дверь, она прошла к лежавшим на земле и склонилась над Верндтом. Что-то в нем привело ее в замешательство.
— Он дышет! — удивленно воскликнула она. Быстрым движением разорвала она у него на груди платье, склонила ухо… и вдруг испуганно привскочила. Руки Верндта охватили ее, как железным кольцом, и тянули книзу. Мгновения она боролась, точно пантера, в этих мучительных объятьях, потом упала перед Верндтом с прерывисто дышащей грудью и закрытыми глазами.
— Что делать с этим животным? — серьезно спросил Нагель. Перед его глазами встала отвратительная картина смерти Думаску. — Эта змея не должна жить и губить людей.
Верндт не отвечал.
Индуска вдруг широко открыла глаза. Взгляд жгучей ненависти встретился со взглядом инженера.
— Убей меня! — зашипела она. — Ты в союзе с шайтаном, если еще жив!
Он отвернулся.
— Этот демон останется жив? — вырвалось у Нагеля. Он в первый раз не понимал учителя.
Верндт поднял оружие лежавшей индуски и быстро пошел к выходу.
— Наше время придет еще, Нагель! Идемте.