Вторая проверка была у ворот на саму дачу, и здесь их тормознули, пока не вышел помощник коменданта Лозгачов.
– Пётр, это тот человек, о котором шла речь, – сказал ему Старостин.
– Оружие имеете? – спросил он Алексея.
– Сдал товарищу подполковнику, – ответил тот.
– Машину на территорию, – приказал Лозгачев. – А вас попрошу на досмотр.
Досмотр происходил не на самой даче, а в примыкающем к ней двухэтажном помещении охраны.
– Что имеется с собой? – спросил Алексея майор ГБ. – Выкладывайте всё, что есть в карманах.
– Это что-то вроде микроплёнки, но разделённой на кадры, – пояснил Алексей, выкладывая пакет с микрофишами. – А это устройство для их просмотра. Вот так его можно разобрать на две части и осмотреть. Это оптика, аккумулятор с лампой и устройство управления. Собираю и показываю в работе. Только хочу предупредить, товарищ майор, что просматривать кадры вам или кому-либо ещё категорически не рекомендуется, если не хотите продолжить службу за полярным кругом. Это привезено лично для товарища Сталина. И постарайтесь не повредить устройство для чтения, оно такое одно.
– Учтём, – ответил майор. – Всё выложили? Тогда разведите руки, вас осмотрят.
– Что под мышкой? – спросил один из офицеров, быстро прощупавший одежду.
– Кобура, – ответил Алексей. – Пистолет у Старостина.
Все запасные магазины он оставил жене.
– Снимите!
Пришлось снимать пиджак и освобождаться от ремней.
– Всё чисто, – сделал заключение проверяющий, ещё раз обшарив Алексея.
– Долго вы там? – заглянул в помещение Старостин. – О нём уже справлялись.
– Можно вести, – ответил майор.
– Товарищ подполковник, – обратился к нему Алексей. – Изъятые плёнки и устройство для их просмотра предназначены для Иосифа Виссарионовича, и мой визит к нему без них не имеет смысла. Кроме того, никому другому плёнки смотреть нельзя. Я уже предупредил товарища майора, но считаю нелишним сказать и вам. Поверьте, что это очень серьёзно. Принадлежность к ГБ не даёт право на знание всех секретов государства.
– Да, мне говорили, – сказал Старостин. – Я их заберу сам. А вы идите за майором и строго следуйте всем его указаниям. Я сейчас подойду.
Одним майором не ограничились, и на выходе из здания к ним пристроились два офицера. Все прошли через ворота на территорию дачи и дальше, к отдельно стоявшему большому двухэтажному зданию с верандами. Возле входа стоял ещё один офицер, который отступил в сторону, пропуская их через тамбур в просторную прихожую.
– Ждём здесь, – сказал майор Алексею. – Подойдёт подполковник, он вами и займётся.
Старостин не заставил себя ждать и вошёл следом за ними.
– Сейчас я о вас доложу, – сказал он и после стука вошёл в левую дверь.
Отсутствовал минуты три, после чего приоткрыл дверь и приказал Алексею зайти. Он вошёл в просторную светлую комнату, в которой не было другой мебели, кроме большого полированного стола, трёх стульев и кожаного дивана. В одном из углов комнаты находился камин. Сам Сталин сидел за столом, на котором лежали отобранные у Алексея вещи, и с любопытством на него смотрел. Алексей в свою очередь рассматривал вождя, отметив его усталый и нездоровый вид. Уже не новый серый китель хорошо вписывался в спартанскую обстановку комнаты. Он знал, что у Сталина на даче был кабинет, но от этой комнаты он отличался только отсутствием камина и чехлом на диване.
– Ты приехал сюда играть в молчанку? – с едва уловимым акцентом спросил Сталин.
– Жду, когда хозяин разрешит говорить, – ответил Алексей.
– Хозяин разрешает. Всё, что говорил сыну, правда?
– Если он точно пересказал мои слова... Он ведь сильно волновался. Если хотите, я могу и повторить. Только не помешает ли нам товарищ подполковник?
– Хочешь остаться со мной наедине? – усмехнулся Сталин. – Ты ещё не заслужил такого доверия.
– Иосиф Виссарионович, – упрямо сказал Алексей, – я ничего не имею против товарища Старостина, хотелось бы только знать, что из сказанного здесь станет известным его руководству.